Бульдозер / Tread (Пол Солет / Paul Solet) [2020, Документальный, Биография, WEBRip 720p]

General
Unique ID : 171792656494301691480432163543689999873 (0x813E0FE832DC574F368AF037CCE43601)
Complete name : /run/media/Tread.2020.1080p.AMZN.WEB-DL.DDP5.1.H.264-NTG.mkv
Format : Matroska
Format version : Version 4
File size : 4.28 GiB
Duration : 1 h 28 min
Overall bit rate : 6 934 kb/s
Frame rate : 23.976 FPS
Encoded date : 2020-06-20 19:13:53 UTC
Writing application : mkvmerge v21.0.0 ('Tardigrades Will Inherit The Earth') 64-bit
Writing library : libebml v1.3.5 + libmatroska v1.4.8
Video
ID : 1
Format : AVC
Format/Info : Advanced Video Codec
Format profile : High@L4
Format settings : CABAC / 4 Ref Frames
Format settings, CABAC : Yes
Format settings, Reference frames : 4 frames
Codec ID : V_MPEG4/ISO/AVC
Duration : 1 h 28 min
Bit rate mode : Constant
Bit rate : 6 291 kb/s
Nominal bit rate : 10 000 kb/s
Width : 1 920 pixels
Height : 1 080 pixels
Display aspect ratio : 16:9
Frame rate mode : Constant
Frame rate : 23.976 (24000/1001) FPS
Color space : YUV
Chroma subsampling : 4:2:0
Bit depth : 8 bits
Scan type : Progressive
Bits/(Pixel*Frame) : 0.127
Stream size : 3.89 GiB (91%)
Default : Yes
Forced : No
Color range : Limited
Color primaries : BT.709
Transfer characteristics : BT.709
Matrix coefficients : BT.709
Audio
ID : 2
Format : E-AC-3
Format/Info : Enhanced AC-3
Commercial name : Dolby Digital Plus
Codec ID : A_EAC3
Duration : 1 h 28 min
Bit rate mode : Constant
Bit rate : 640 kb/s
Channel(s) : 6 channels
Channel layout : L R C LFE Ls Rs
Sampling rate : 48.0 kHz
Frame rate : 31.250 FPS (1536 SPF)
Compression mode : Lossy
Stream size : 405 MiB (9%)
Language : English
Service kind : Complete Main
Default : Yes
Forced : No
Text #1
ID : 3
Format : UTF-8
Codec ID : S_TEXT/UTF8
Codec ID/Info : UTF-8 Plain Text
Duration : 1 h 24 min
Bit rate : 102 b/s
Frame rate : 0.279 FPS
Count of elements : 1415
Stream size : 63.7 KiB (0%)
Language : English
Default : No
Forced : No
Text #2
ID : 4
Format : UTF-8
Codec ID : S_TEXT/UTF8
Codec ID/Info : UTF-8 Plain Text
Duration : 1 h 24 min
Bit rate : 107 b/s
Frame rate : 0.283 FPS
Count of elements : 1436
Stream size : 66.5 KiB (0%)
Title : SDH
Language : English
Default : No
Forced : No

Здравствуйте, меня зовут Марвин Химайер. Сегодия - давайте посмотрим - 13 апреля 2004 года. Я делаю эти записи.... думаю, я должен был сделать их год назад, сделал часть, но мне не понравилось. Действительно не думал, что будет иметь значение, если я это сделаю, но мой хороший друг сказал, что я должен сесть перед видеомагнитофоном и записать это. Но вам придется просто поверить на слово, что это Марв Химайер, серийный номер 503689471 и я живу в Гранд-Лейк, Колорадо.
И это записи о моей жизни с тех пор, как я приехал сюда в Гранд-Лейк в 1991 году. Я переехал осенью примерно в 1991 году, чтобы взять полуголовой отпуск. Был один парень с женой, я сдал им в аренду мою мастерскую глушителей в Боулдере на 4790 Перл-стрит, парня звали Даг Брендстеттер, и его жена — забудем её имя прямо сейчас! Но в любом случае они были просто на испытательном сроке, у этого парня в прошлом были серьезные проблемы с алкоголем и наркотиками, предположительно, он лечился, я не знал, вылечился он или нет, но он продолжал приставать ко мне с просьбами о работе, наконец я сказал, что он может арендовать это место. Так или иначе, он управлял им четыре с половиной года, и все полетело к чертям, я думаю, он развёлся, и многое другое произошло, и в итоге я получил мастерскую обратно.
А потом я позволил прийти другому парню — я работал там, в Грэнби, на самом деле в мастерских в Грэнби и в Боулдере у меня работали два человека: в Боулдере - её звали Кристи, из Южной Дакоты, отличный работник, замечательный человек, я очень ценил её ‚А потом здесь появилась маленькая девочка, её звали Доан Гретхен Элисон. Во всяком случае, я управлял обоими предприятиями, и появился другой парень по имени Даг Дэвис, он проработал в Миннесоте около девяти лет менеджером, и он хотел быть работающим менеджером, потому он занял это место, и я предложил ему немного лучшую сделку, чем у другого Дага, Брендстеттера, потому что у первого Дага, похоже, было много проблем с выплатой платежей в прошлом году или даже раньше, но я считаю, что они были по одной причине, и он никогда бы этого не признал.
Точно так же этот Даг Дэвис наконец ушел. Я приехал сюда около месяца назад, я вернул это место, домовладелец старый Гарольд Пелли выселил его. Во всяком случае, я забрал мастерскую обратно и, надеюсь, продал настоящему хорошему парню Джеффу Стерлингу и его жене Дженнифер. Они должны вступить во владение первого... первого мая
Так что наконец-то я обналичил деньги, с этим покончено. И во всяком случае, я переехал, это моя история в Боулдере, это моя история здесь: я приехал сюда, и после нескольких месяцев жизни здесь я понял, что у этого парня там, в Боулдере, дела идут лучше, чем я думал. Так что он удержал бы это место в зависимости от того, как он действовал. Конечно, он зарабатывал кучу денег, так что я был счастлив, он был счастлив, и я понял, что он собирается оставить это место за собой.
Итак, пришла весна - я думаю, апрель - я решил, что, вероятно, мне следует купить недвижимость здесь, чтобы было чем заняться, поэтому я посмотрел эти три дома, три участка и два маленьких домика, в которых я сейчас и живу, здесь прекрасный вид, и цена была очень дешёвой, поэтому я купил их. И решил, что должен провести здесь следующий год, пока этот Даг не уволится, потому что я не знал, как долго это продлится, тогда я только что отремонтировал этот дом, эти домики. И мой друг из Боулдера, он был другом до какой-то степени, вы знаете, я думаю, можно назвать его другом, мы катались вместе на снегоходах, он встретил меня в магазине глушителей там внизу, у него был <автосервис> «Диджейс Ауто Кеа» или «Доктор Джонс Ауто Кеа», я делал для него много глушителей, он водил снегоход, так что мы начали кататься на снегоходах вместе. Без сомнения, я знал, что у него были некоторые проблемы с наркотиками, что касается: марихуаны и наркотиков, я просто не знал, насколько это плохо, и, вы знаете, в наши дни нужно просто игнорировать эти вещи. Вы идёте туда и находите кого-то, кто хорошо. катается, хороший водитель, и вы катаетесь вместе с ним, и это было прикольно. Так или иначе, он позвонил мне и сказал, что ищет здесь место, чтобы открыть гараж, и у него уже есть дом здесь, на Каунти роуд, 4. И я сказал, что посмотрю, может быть, я смогу найти что-нибудь.
Итак, я начал искать, и там был парень по имени Пеппер, у него был небольшой гараж к югу от Гранд-Лейк, к северу от автосалона, там была эркерная дверь, но он не хотел ничего большого, поэтому я сказал ему об этом, а потом я случайно наткнулся на участок земли там, в Грэнби, бывший бетонный завод. И этот парень <хозяин участка> был банкрот, устроил аукцион и избавился от всего, что у него было, и просто оставил там кучу хлама, насколько я понимаю. Но у него было здание площадью 3000 квадратных: футов с тремя огромными дверями, я имею в виду, это было отличное здание, не самое лучшее расположение, но это было хорошее здание, и у него было два акра земли. И я поговорил с Джоном об этом, и он сказал, что это было бы здорово, я думаю, он даже подошёл и посмотрел на это, я не могу вспомнить. Но в любом случае он сказал, что заинтересован, так что мы поговорили с риелтором по имени Джефф Крейн, или я поговорил с ним, я должен сказать, и это было примерно за месяц до того, как они собирались провести этот аукцион FDIC <Федеральная корпорация по страхованию. вкладов>. Итак, Джефф говорит, что продал бы мне недвижимость, мы могли бы подписать контракт, если бы я захотел, но он прикинул, что она стоит около 110 000 долларов, около или больше того, я даже засмеялся и сказал, что это не стоит таких денег. Я имею в виду, что в 1991 и 1992 годах недвижимость здесь была в таком упадке, что это было просто ужасно. И я не предвидел никакого будущего здесь, я имею в виду, что никогда раньше не жил в горах, просто не казалось, что это хорошая вещь, чтобы покупать по такой цене. Поэтому я сказал ему, что подожду, пока FDIC проведет аукцион. И мы с Джоном обсудили это, и мы договорились, что я заплачу за участок максимум 66 000 долларов, а если цена превысит эту сумму, мы не будем его покупать.
Итак, пришло время, и он заплатил мне определённую сумму, я не могу вспомнить, собирался ли он заплатить мне более 66 000 долларов за покупку для него, или я просто собирался профинансировать это для него, я знаю, что собирался финансировать его, но не помню, было ли это 66 000 долларов или должно было быть больше, в любом случае это не имеет значения. Пришло время для аукциона, Джефф Крейн был там с четырьмя парнями постарше, которые хотели вложить немного денег в недвижимость FDIC, и в тот день было выставлено около 160 объектов на продажу. Во всяком случае, этот участок, наконец, был выставлен на торги, и сначала они сказали мне, что был аудит Агентства по охране окружающей среды в отношении места, которому они рекомендовали очистку за 20 000 долларов, они заказали все эти обзоры, сделанные Чин Нозерн, была ли компания нанята для его изучения, но в любом случае позже выяснилось, что FDIC провела большую часть очистки, которую они рекомендовали. И я не знаю, по какой-то причине я этого не понял и не сказал об этом Джону, или участок был выставлен на продажу в блоке, и они предложили цену 35 000 долларов от какого-то парня впереди. Итак, мы собирались заплатить 66 000 долларов, я сказал, подождите минутку, они не могли меня видеть <Марвин на аукционе сидел в последнем ряду>, потом, наконец, они поймали мою ставку, я получил ставку в 40 долларов, а этот другой парень - я не мог в это поверить - не знаю, где он был, и он оглядывался назад, и, конечно же, он предложил 45 000 долларов, и конечно же, я предложил 50 000 долларов, и я ждал, пока он сделает ставку, но он не сделал следующую ставку. Так я купил недвижимость за 50 000 долларов. И этот парень подошел, я узнал, что его зовут Коди Дочефф, он вернулся и представился, и это был самый грубый и высокомерный человек: я имею в виду, этот парень просто гр*баный *удак. В течение десяти минут он ругал меня, рассказывая мне, кто я такой, и спрашивал, что я собираюсь делать с собственностью. И я объяснил ему, что купил участок для Джона Кляйнера, и парень сказал, что хочет эту собственность, я сказал: хорошо, я продам вам участок, мы собирались заплатить 66 000 долларов, я сказал ему, что продаю участок Джону Кляйнеру, который собирается открыть там автосервис.
Но он не хотел слушать и нёс чушь, он сказал, что я только что получил его собственность! Его приятель Гас Харрис сидел с ним рядом, я думаю, Гас спонсировал всё это дело, и Гас не собирался платить за него более 50 тысяч долларов. И я говорю: извините, но я не могу просто прийти сюда и потратить свои деньги, потратить впустую свое время и не заработать на этом немного денег. Так что я предложил ему участок в тот день за то, за что собирался продать его Джону, потому что я мог сказать, что парень был зол, я был там не затем, чтобы злить кого-либо, я имею в виду, что это единственный парень из всех покупателей, который кричал на людей во время аукциона. Я говорю, в тот день было продано 160 участков, и это единственный дурак, у которого не было достаточно денег, чтобы выкупить свою собственность. То есть, это показывает, насколько опаздывает этот дурак и как ему не хватает долларов <«кто не успел — тот опоздал»>. Он считал, что вернётся туда - этот парень достал весь город Грэнби за эти годы, обанкротившись, и я думаю, этот парень весьма драматичен: он инсценировал самоубийство, прыгая с ветряной мельницы или какого-то высокого здания рядом с его домом в Хот-Сулфур-Спринтс <Марвин смеётся>. В любом случае, он просто накинулся на меня и не собирался платить деньги, и я говорю: «Извините, мне нужно 66 000 долларов, и я найду Джону что-нибудь другое, я просто пытаюсь быть миротворцем здесь, но я должен заработать немного денег». Ему нечего было делать. Так что я успокоил его — казалось, я разговаривал с этим парнем целую вечность, все вокруг меня не могли: поверить этому придурку. Итак, в любом случае, мы закрыли сделку, он ушёл, а я пошёл и попросил Джеффа Крейна подписать заявление брокера о том, что я покупаю эту недвижимость, и, по сути, возвращусь сюда немного: когда я впервые смотрел эту недвижимость, и Джефф пытался продать ее мне, я спросил его, заинтересован ли бывший владелец в покупке собственности на этом аукционе FDIC, и он сказал, что не знает. Ну, тогда я позвонил в FDIC, чтобы посмотреть это, потому что там был номер телефона, и они вызвали агента в Грэиби — агента по недвижимости по имени Питер Колли — так что Питер пошел и купил висячий замок, мы срезали замок, который был на здании, чтобы я мог посмотреть на него. И, конечно, он повесил на него свой новый замок. И он показал мне здание, я подумал, что это будет хорошее здание. Поэтому я также спросил этого Питера Колли, не знает ли он, заинтересован ли бывший владелец в покупке здания. И, конечно же, он сказал мне, что не знает. Итак, ладно, я чувствую, что моя работа сделана, иду на аукцион. Так мы и сделали, и в конце концов я купил участок, мы заключили сделку, и я вернулся в Гранд-Лейк, связался с Джоном Кляйнером и рассказал ему, что произошло.
И это, как я уже сказал, было примерно в апреле 92-го. И я объяснил ему, что в отношении собственности проводилась проверка EPA (Агентство по охране окружающей среды), потому что на участке были масляные пятна, там была бочка с маслом, и я не знаю, было ли это в тот день или пару недель спустя, когда бы то ни было, он просто внезапно не захотел иметь ничего общего с этим участком, и, конечно, я не взял с него задаток. Так что я застрял с этой недвижимостью, а он не хотел иметь с ней ничего общего из-за аудита. Конечно же, он из Боулдера, а они в Боулдере достаточно... как это называется?. «эко-нацисты», думают, что спасут мир, и это был его страх: было много правил, касающихся сброса нефти и всего такого, — поэтому он внезапно не захотел иметь с этим ничего общего.
Ну, я не знаю, то ли у него не было денег, то ли он просто струсил, то ли что-то ещё, но я застрял с этим имуществом - так что, чёрт возьми, я не знал, что с ним делать. Итак, тем летом я почти уверен, что это было тем летом я пытался привести участок в порядок, может быть, это было даже в 92-м году, у меня не было никакого оборудования, чтобы убрать его. Так или иначе, я купил экскаватор, я купил самосвал у моего отца, свекловоз, И начал убирать участок, вывозить сталь, перетаскивать её на территорию Гайзендорфера, у него был парень, который там резал сталь, они продавали сталь, и этот парень хотел забрать, так что мы просто перетащили всё туда. И, в общем-то, довольно неплохо прибрался, взял напрокат бульдозер, маленький У-3, у Линке — как его звали? Дик Линке, там к югу от Гронби, отличный, очень хороший парень, и он поставил его туда, а я выровнял землю, и всё остальное, и попытался сделать так, чтобы это выглядело презентабельно. И я не знал, что с этим делать - у парня в Боулдере дела шли отлично так что, в конце концов, я решил открыть здесь мастерскую глушителей, и я думаю, что открыл то ли в конце 92-го, то ли в конце 93-го, не могу вспомнить. Но я только начал ставить глушители, я поехал в Денвер и нашел продавца подержанной техники, привёз подержанный подъёмник, который у меня был там, в Боулдере, и настроил его, и начал делать глушители, рекламу и всё такое, решил, что сделаю доброе дело. Возможно, это. перспектива для меня.
В любом случае, я забегаю вперёд: в 92-м я приводил участок в порядок... Да, так оно и было, потому что летом 92-го, после того, как я его купил, парень по имени Бад Уилсон, который был управляющим округа водоснабжения и канализации там, в Грэнби, пришёл ко мне и сказал, что они хотят, чтобы я был подключён к водоснабжению и канализации, я сказал: «Отлично, что мне делать? Должен ли я привлекать адвоката?» Он сказал, что нет, он сделает все документы, был какой-то сбор, я думаю, что я должен был заплатить, но уже не помню. Так или иначе, я должен был пойти на встречу в сентябре, я думал, что я пойду и подключусь к воде и канализации. Так мы и сделали, я пошел на собрание и <Марвин смеется> просто не ожидал, что произойдёт.
Невероятно, что произошло на той встрече. Основная тема, вызывающая озабоченность. по поводу подключения, была та, что у них не было сервитута <разрешения> на проход через землю, которая находилась к югу от меня. Земля принадлежала Гасу Харрису, и несколько лет назад они провели там водопровод и канализацию, но, возможно, он не даст разрешения. И Гас Харрис не собирался давать разрешение или что-то в этом роде - я не совсем понимаю, как всё это работало, - но этот сервитут на техническое обслуживание был довольно большим препятствием. И главное, они сказали мне, правление сказало мне это осенью 1992 года, что у меня никогда не будет воды и канализации, пока я не получу сервитут на обслуживание от этого пария Гаса Харриса. Ну, я был немного расстроен, потому что Бад был суперинтендантом, и я думал, что дело сделано. Поэтому я ушёл с собрания, мне не нужно было больше слушать их чушь, они потратили много моего времени впустую, и я знал, что в сообществе была некоторая враждебность: я пришёл делать стрижку в парикмахерскую под названием «У Ланы», и Лана рассказала мне, как этот парень, Коди Дочефф, пытался покончить с собой, обманул многих людей в сообществе и обанкротился, и они вроде были рады, что его больше нет, что он за пределами города.
Он переехал в гравийный карьер Дика Томпсона, к северу от того места, примерно в миле, и снова начал делать там бетон. Но в любом случае.... что, чёрт возьми, я имел в виду?
эта Лана рассказала мне, как все в сообществе были недовольны FDIC <Федеральной корпорацией по страхованию вкладов>, потому что произошёл большой крах кредитов и сбережений, скандал в конце 70-х начале 80-х, и все обвиняли FDIC в крахе этого завода и в проблемах, которые они имели, потому что, когда произошёл крах кредитов и сбережений, эти люди, которые владели имуществом и прочими вещами, не смогли расплачиваться. И вот что они сделали, они не знали, что делать, вместо того, чтобы откладывать деньги каждый месяц, они, возможно, шли и тратили деньги. Ну а потом, через пару лет или что-то в этом роде - что бы ни потребовалось для урегулирования этих сделок, этой истории со сбережениями и займами, FDIC сразу потребовала свои деньги от людей, которые не внесли платежи по этим рухнувшим сберегательно - кредитным. вкладам. У людей не было денег, и поэтому FDIC, разумеется, конфисковала это имущество. Итак, все там в горах ненавидели FDIC, им не нравилась их практика, и конечно же, вот я здесь, и я выиграл от действий FDIC, а позже я узнал: люди очень злы на меня.
Они не знали, как играть по правилам. Я играл в рамках того, что предполагалось сделать, в тот день было продано 160 объектов, и я купил собственность, как купили все: остальные. И нет никакой причины, по которой у этого парня не было достаточно денег, чтобы выкупить эту собственность. Я имею в виду, что это был аукцион, он должен был знать, что против него будут делать ставки. Но я искренне верю: он думал, что получит её почти даром. И я верю в это, потому что в сообществе говорили, что он этого хотел. И лично я думаю, что два риелтора, которые показывали мне участок, знали об этом, и они просто не хотели, чтобы парень оставался в сообществе, поэтому они сказали мне, что не знают, участвует ли он в торгах, или что он хочет купить это. Потому что, если бы я знал, я бы позвонил ему и узнал, в чём дело.
В любом случае, я был немного разочарован, и одна из вещей, которую они сказали мне, заключалась в том, что я должен оставаться на связи с суперинтендантом на случай, если что-то изменится. Ну, я сказал, конечно, что сделаю это, но это была своего рода ошибка с моей стороны, потому что я не должен был следить за суперинтендантом. Я имею в виду, что я не раз брал этого Бада Уилсона на завтрак. Он проводил много времени там, в моем магазине, я продал ему маленький полноприводный садовый трактор, и этот парень был симпатичным парнем, по крайней мере, таким он мне показался. Так что у нас были довольно хорошие отношения, и он никогда не говорил мне, что что-то изменилось, он говорит, что это изменится, но это никогда не менялось. Так или иначе, я просто продолжаю заниматься своими делами, - и наконец, я думаю, что это было в 94-м, ничего не происходило, Бад не говорил мне, что что-то меняется или в этом роде, - поэтому Я пошёл дальше и сказал, что собираюсь построить себе здание для хранения лодок, и я спроектирую его так, чтобы у меня было три отделения площадью 2000 квадратных: футов. И это было 50 футов в ширину и 120 футов в длину, и у здания было три эркера, и я должен был установить еще три служебных двери, и я заложил фундамент, чтобы иметь эти три эркера и три служебных двери, чтобы я мог установить перегородки позже, когда я, наконец, доберусь до водопровода и канализации, чтобы я мог сдавать их в аренду, и это стало бы хорошим пенсионным доходом, я мог бы сдать в аренду здание мастерской глушителей или продать бизнес мастерской глушителей, я мог разделить собственность, потому что это было уже в городе, это подпадало под их правила разделения, я имею в виду, что это было в значительной степени предварительно одобрено, вам нужно было просто подать заявление в город, заплатить им сборы и следовать правилам зонирования HGB. И зонирование HGB было, конечно, лучшим зонированием, которое вы могли бы получить, включая все, что было коммерческим, плюс другие вещи, которые не были, и не было другого зонирования, которое включало бы больше предприятий, чем HGB.
Так или иначе, я подумал, что это хороший план, построил это здание и осенью 1994 года начал рекламировать помещение для хранения лодок. И, конечно, его арендовали в первый же год. И я был очень доволен этим, потому что в основном это оплачивало стоимость здания. Ну, мы просто продолжаем, я делаю лимоны из лимонада или лимонад из лимонов, - я не могу запустить эту чёртову воду и канализацию, поэтому у меня был. колодец и септическая система, которая делала свою работу, и я подумал, что это сработает. Но, конечно, зная, что я не могу подключить другое здание к воде и канализации, потому что это было в городе, или к колодцу и септику, потому что это было в городе, я собирался подключиться к воде и канализации, но не в состоянии был сделать это, потому что у меня не было этого сервитута обслуживания. И Бад никогда мне ничего не говорил, я строю это здание, говорю ему, что я собираюсь делать, он знал, что происходит, но никогда не говорил мне, что что-то изменилось, Так что я продолжаю заниматься хранением лодок, работаю с глушителями и так далее.
К 1998 году я получал там очень хороший доход, наряду с тем, что приходил из Боулдера: на деле я вернул мастерскую еще в 1997 году, как я сказал, а затем я сдал её другому парню, Дагу Дэвису — но у меня был доход из Боулдера, и у меня был доход здесь в Грэнби, и жизнь была довольно хорошей. У меня было много свободного времени, потому что вам не нужно было платить аренду за помещение для хранения лодок, здесь было не так много глушителей, я имею в виду, что я зимой работал три дня в неделю и летом пять дней в неделю, что было типичным для любого магазина, в котором я когда-либо работал, когда речь шла о лете, у меня никогда не было ни одного магазина, открытого более пяти дней в неделю, если я только что не открыл один из них, тогда я мог работать в субботу, чтобы удостовериться, что все доходы поступят. В любом случае, я был просто счастлив. Но тогда же в 98-м, - по-моему, осенью, - этот Дочефф парень: ой, ой.... Вернусь в 92-й тод: без сомнения, я совершил ошибку, через пару месяцев после того, как я купил этот участок, старый Гас Харрис, который владел участком к югу от меня, делал резку по стали, и я пошел встретиться с ним и посмотреть, не остыл ли он, потому что я знаю, он был расстроен тем, что они не получили эту собственность, и на самом деле у меня было несколько разговоров с ним до того времени, и он готов был продать мне недвижимость за 17 500 долларов (за акр), но это было через два месяца после того, как я купил участок, и, в общем, я сказал ему, что купил эту недвижимость не для себя, а для другого человека, а он не захотел её покупать, старый Джон не захотел её покупать, так что я не хотел слишком распыляться, потому что там было очень плохо с экономикой. Я сказал ему, что. подумаю об этом и вернусь к нему.
Правда в том, что примерно через год, меньше чем через год, я пошёл к нему и сказал, да, я сказал, я хотел бы купить эту недвижимость, это предложение за 17 500 долларов все еще актуально? И он говорит, что нет, он говорит, что ему нужно 20 000 долларов (за акр). Тогда я поговорил об этом с его женой, о том, чтобы подписать контракт, чтобы я мог купить участок, но он никогда не вернулся, чтобы завершить эту сделку. Так что, я не хотел настаивать на этой сделке, потому что это маленькое сообщество, и мне нужно вписаться в него, и я не под давлением — я чувствовал, что не должен делать чего-то такого в сообществе, в котором недавно нахожусь.
Во всяком случае, возвращаясь к 98-му, то есть раньше, в 96-м или 97-м, Гас Харрис продал эти два акра этому парню Коди Дочеффу! и, конечно же, Коди сказал, что хочет мою собственность -это было ещё в 97-м. И я пошёл и попросил парня сделать оценку его звали Уилсон — это был «Дауднер», который до сих пор был местным оценщиком здесь, в Гранд-Лейке, это были «Дауднер и Уилсон» или «Уилсон и Дауднер», коммерческие оценщики, и этот парень по имени Уилсон провел оценку моей: собственности в 1997 году и оценил ее в 270 000 долларов. И я предложил эту недвижимость Коли за 250 000 долларов. Я сказал: Коди, я закрою бизнес, заберу всё отсюда, ты купишь это место за 250 000 долларов, что меньше, чем оценка, и ты счастлив, я счастлив‚ - и Коди никогда (я дал ему копию оценки), никогда не вернулся ко мне со встречным предложением. Так что я просто продолжал заниматься своими делами, и в 1998 году этот парень Дочефф пришёл на территорию к югу от меня, поставил большой цирковой шатёр и начал привозить бетон, чтобы строить канализационные септики, кольца для люков и прочие вещи, которые он делает, и не помню, он проезжал прямо! через мою собственность, потому что у него был сервитут, что было хорошо в то время, я не думал, что это будет большой проблемой, но он всё же не сделал предложение по моей собственности.
Ну, 99-й год, он появляется здесь, и я узнаю, что он собирается купить недвижимость по соседству к западу от меня, и у него есть контракт на ее покупку, это 21 акр. Что ж, я узнал об этом слишком поздно.... первое, что произошло, чёрт возьми, я не знаю, как это произошло... если у него действительно был контракт — да, у него был контракт, но каким-то образом он.... он должен был уже выкупить её к этому времени.... В любом случае, я пытался выкупить недвижимость у него, потому что я не хотел, чтобы рядом со мной был этот чёртов бетонный завод, особенно с подветренной стороны от меня, я имею. в виду, что я оказывался прямо в хвосте от пыли от всей этой операции, но это не сработало, этого не произошло, парень этого не хотел, и я начал получать уведомления, что они собираются перезонировать этот участок. И что произошло - о, он начал строить, а в итоге построил то, что он назвал резервуаром для хранения воды и колодцем, как я узнал здесь в городе от парня по имени Кевин Фишер (потому что Кевин работал на парня, сделал колодец и заложил фундамент здания), что этого парня Коди Дочеффа оштрафовали за то, что он заложил колодец, и я не знаю, у него уже были проблемы. И это было довольно интересно, но я ещё не знал, что происходит. Но я стал получать эти...

Я не стал получать уведомления, я получил уведомление, что они собираются перезонировать этот участок рядом со мной, и я пошел в город, чтобы увидеть, есть ли разрешение на строительство у этого парня, на то, что он там делал, и узнал, что они выдали ему разрешение на строительство за 5000 долларов его резервуара для хранения воды, что, предположительно, было разрешено в новом изменении зонирования. Ну, там было сопроводительное письмо, в котором говорилось, что это не имеет ничего общего с PDO, и этот парень Коди предлагал перезонировать эту собственность, что для меня было большим красным флагом. Если вы говорите, что это не имеет ничего общего с чем-то, вы знаете, что это имеет какоё-то отношение ко всему.
Во всяком случае, я просто не мог поверить, что это происходит. Итак.... мы собирались провести вторую или третью встречу, уже не помню, но я нашел парня здесь, в городе, его зовут Майк, он имеет степень магистра городского планирования, и однажды они. случайно услышали меня, и мы разговаривали, он сказал: то, что они делают, незаконно, и я должен нанять адвоката, а затем он порекомендовал этого парня по имени Дитце из Боулдера. Так что я позвонил этому парню Дитце, чтобы договориться о встрече и поговорить с ним о том, есть ли шансы у дела против этих людей, чтобы остановить этот чёртов бетонный завод. Итак, я пошёл туда и встретился с этим Дитце - даже не могу сейчас вспомнить его имя, этот парень - трусливый вор, человек системы, он выдоил меня так, как никто раньше не доил. Он коррумпирован.
Но в любом случае, возвращаясь к собранию, я просматривал разные вещи, которые были в постановлении о зонировании, которым они не соответствовали, различные требования которые нужно выполнить, и они продолжали говорить мне, что для меня не назначена дата, встреча переносилась каждый раз, когда я задавал им вопрос. В конце концов я сказал им что-то вроде того, что, вы знаете, они уже строили этот бетонный завод, и я не знал, что делать. Он сказал, что вы имеете в виду, говоря, что они строят? Он сказал, что они не могут ничего строить на этой собственности PDO, пока не получат окончательное: одобрение. Он говорит, что ты оставил лучшее напоследок. Он говорит, если это правда, если они уже выдали разрешение на строительство, и я показал его ему, и я сказал, но у них есть это сопроводительное письмо, в котором говорится, что оно не имеет ничего общего с PDO. Он говорит, что это всё ерунда со стороны города, потому что они ничего не могут сделать с этой собственностью. Итак, я говорю: ОК, будет ли судебный процесс, можем ли мы их остановить? Он говорит, да, говорит, и привел пример того, как построили какой-то винный магазин — люди построили это здание и разместили в нем винный магазин. И это так и не было одобрено, и в итоге они проиграли, и именно это там и произошло. Здание не снесли, просто в нём разместили какой-то другой бизнес, но винный магазин пришлось убрать, потому что он не был предназначен для такого бизнеса.
Так что он сказал, что именно этим они здесь и занимаются, он говорит, что мы можем остановить это, без проблем. Так что он сказал мне подняться и сделать кучу снимков. того, что происходит, того, что они построили, и я сделал то и это.... Майк Кармоди, парень здесь, в Гранд-Лейк, который представил мне этого парня Дитце или сослался на него, я делаю все фотографии этой недвижимости для Майка Кармоди и показываю их Майку, и Майк спускается туда и смотрит на это, и он идет со мной на бетонный завод и видит всю пыль, которую они производят, и все остальное, и видит мое положение и соглашается, что это неправильно.
Итак, я плачу этому парню, Майку Кармоди, деньги за консультации, что угодно, и я сказал ему, что этот парень Дитце придет на следующую встречу, чтобы посмотреть, и он будет здесь рано, и я сказал, приходите к нам поужинать раньше на встречу, и мы пойдем посмотрим на это. Итак, Дитце пришел, мы поехали и посмотрели на участок, который они строили, к западу от меня. А потом мы спустились в ресторан и Майк Кармоди, я не могу вспомнить, пришел ли он вместе со мной или встретил меня там потом, и познакомил его с Дитце, он, должно быть, встретил меня там. Итак, у нас был разговор о. том, как Дитце может это остановить, потому что они строили там, и у них не было окончательного утверждения (разрешения на строительство).
Мы обсуждали это, наконец, собрание состоялось, и Дитце пошел на собрание со мной. Мы слушали, что они хотели сказать, и я н знаю, что было сказано, но после встречи Дитце сказал мне, что они делают это неправильно, пришлите мне копии всех совещаний, которые состоялись, копии протоколов, и мы рассмотрим это немного подробнее. Так я и сделал. Я получил копии предыдущей встречи и отправил их Дитце —не могу вспомнить его имя, но подумаю об этом позже — я отправил эти протоколы Дитце и оставил постановление о зонировании у Дитце в первый раз. Я был там, и Дитце изучал это постановление, чтобы узнать, что в нем говорится, и он получает копии этих протоколов и звонит мне однажды, примерно за неделю или около того до того, как город должен был провести это последнее собрание для утверждения этого бетонного завода. Он говорит, Марв‚ здесь что-то не так, я просмотрел эти протоколы, он говорит, это единственные встречи, которые у них были? И это была правда, я сказал, что это все встречи, которые у них были. Потому что, если это все встречи, которые у них были, то у них там серьезная процедурная ошибка, по крайней мере, так он назвал это позже, он говорит, что они пропустили по крайней мере два публичных слушания, и в основном они пытаются сократить весь этот процесс, чтобы получить это одобрение. И я говорю, хорошо, отлично, это только добавляет к нашему делу, верно? И он говорит, что нет, это же дело, он говорит, что нам даже не нужно беспокоиться о зонировании, поскольку они там строят, он говорит, что мы можем остановить строительство на основании этого. Итак, я говорю, хорошо, отлично, как мы поступим с этим? Он говорит: идём и заявляем им. И я говорю: хорошо, если это остановится, если дело будет сделано, я говорю, давайте сделаем это, давайте остановим это.
Итак, он написал письмо в город и рассказал, что они делали неправильно, принес его на собрание и объяснил им, как они поступали неправильно. И, конечно же, адвокат Дочеффа полностью защищается, и городской прокурор полностью защищается, как будто они всё делают правильно. И Дитце продолжает объяснять им, как они пропустили эти публичные слушания. А потом они делают перерыв, и, конечно, все это время я делал вид, что думаю, что это было согласовано с городом, а они сказали, что это, конечно, не так, и я говорю, почему вы выдали разрешение на строительство? И они сказали, что! могут, потому что это разрешено зонированием HGB. А вот что - это интересно - потом вышла статья в нашей местной газете, об этом, конечно, было много статей. Это было 7 сентября 2000 года, в «Скай Хай Ньюс», где была статья о том, как Грэнби выписывает штраф «Маунтин Вью Маффлер» <мастерской Марвина> из-за «мусора». И у них есть маленькая подпись к фотографии моего здания, там написано: «Маунтин Вью Маффлер» оштрафован городом Грэнби за нарушение правил перевозки мусора. На переднем плане — завод по производству бетонных смесей для фундамента, ПРЕДЛАГАЕМЫЙ для участка. рядом с «Маунтин Вью Маффлер».
Ну, в то время, когда вышла эта статья, мне это не приходило в голову, но как у вас может быть фундамент для ПРЕДЛАГАЕМОГО бетонного завода? Все знали, что этот бетонный завод будет запущен, хотя они еще не получили окончательного одобрения.
И это был анекдот, я имею в виду, что все сообщество знало, что это произойдет И я знал, что это произойдет, но я в основном слушал Дитце, что это должно быть остановлено. Ну, он сказал им это, у них был большой перерыв на этой встрече, я вышел на улицу, и они все громко обсуждают, возвращаются через 15 минут, садятся — и, что удивительно, это ничего не останавливает. Город принимает резолюцию 2000 года, что это не заключительное собрание, даже несмотря на то, что оно было объявлено в местной газете в публичных объявлениях, а Патрик Брауэр, редактор, написал статью, что это заключительное собрание, и строительство должно получить одобрение, потому что это такая важная вещь, это нужно сообществу, - даже если строительство было необходимо, оно должно было оставаться там, где оно было, на бетонном заводе в гравийном карьере.
Кроме того, что этому парню, Дочеффу, принадлежало пять акров земли рядом с гравийным карвером, и он мог бы разместить завод прямо там. Ему не нужно было ничего перезонировать, он мог бы поставить это там. Но вы знаете, что у этого парня был стояк на меня в течение 10 лет, что он собирался расквитаться со мной, и он говорил об этом так много слов, и не раз. И вообще, что бы он ни делал, неважно: я здесь борюсь за свою жизнь, это мое будущее, это моя пенсия, мне нужно, чтобы это прекратилось.
Так или иначе, они делают эту резолюцию 2000, что они находятся на предварительном собрании, и они удостоверяются, что теперь все это знают и что они могут это сделать. Ну, Дитце говорит мне, конечно, что это незаконно, они не могут этого сделать, у них: была реклама финальной встречи, они на последней встрече, а теперь они меняют это и говорят, что это предварительная встреча. И он убеждает меня, что у нашего дела все еще: есть хорошие шансы, он говорит, что они могут продолжать и делать все, что хотят, мы собираемся остановить это. Так что я, конечно, верю ему, и я просто продолжаю платить ему. А до этого я заплатил ему, вероятно, около 5000 долларов.
Так или иначе, у нас есть этот судебный процесс, и газетчик Патрик Брауэр, этот парень тоже отбросы общества, которыми некоторые из этих людей являются по разным причинам, но этот парень ненавидел меня, потому что, когда я впервые приехал сюда в 91-м, тема азартных игр только начиналась, и я просто сижу в своем доме, читаю газету, а этот парень просто взрывает, он просто принижает их и клевещет на них, насколько я могу судить, изображает сторонников азартных иг какими-то дураками, а я думал, что не так с этими людьми? У них там нет экономики, вот то, что произошло там, внизу, в Блэкхок и в Крипил-Крик, принесло хорошие экономические плоды этим общинам, почему он так против этого? Я никогда не мог этого понять, поэтому я, наконец, после того, как он обругал некоторых людей, которых я знал лично здесь, в городе, написал ему письмо и сказал: «Это Америка, оставьте людей в покое, вам не нужно выставлять их какими-то дураками», такова была вся суть моего письма.
В любом случае, он не знал, кто такой Марв Химайер, но он определенно ненавидел меня, потому что я сказал некоторые вещи в газете, которые были прямо на кнопке, у меня был сосед адвокат в то время, его звали Соммермайер, Батч - первое имя Мэйо, он был из Форт-Коллинза, кажется, но у них был дом здесь, подо мной, и он сказал, Марв, то, что ты. говоришь в газете, совершенно верно, я полностью тебя поддерживаю. И это воодушевляло. Ну, это политика маленького города, а что я знаю о политике маленького торода, кроме того, что она обычно не очень хороша? И я просто подумал, что у меня вроде как иммунитет ко многому из этого, а это было еще в 92-м, и я не понимал, как сильно это повлияет на то, что я делал.
Этот газетчик, Патрик Брауэр, говорил мне после того, как я открыл мастерскую. глушителей, в нескольких разных случаях — потому что я звонил ему, и я рекламировал с ним и так далее — что собирается приехать, и мы напишем статью о моем маленьком бизнесе. Но он никогда этого не сделал! Он делал всё, что мог, чтобы не создавать мне дополнительную рекламу. Это вид сообщества, в котором вы, для того, чтобы. продвигаться вперед, должны подавлять соседа. Вы должны ругать всех подряд, успех: построен не на ваших собственных достоинствах, успех - это принижать другого парня, как только возможно — и это законно, конечно.
Здесь я сделаю перерыв.... я думаю, не буду делать здесь перерыв, потому что потеряю нить моей мысли. В любом случае, этот Патрик Брауэр, я имею в виду, он наркоман, конечно, вы никому не можете этого сказать, большой либерал, армейский мерзавец, получил все, что его жена дала ему, но он знает, как злоупотреблять силой пера, и это здесь очень важно, это злоупотребление властью. Однажды они сказали мне, что у меня: нет никакого уважения к властям, и это неправда: правда в том, что я очень уважаю власть, а они - нет. Они не уважали FDIC или его процедуры, они не уважают хороших людей, приходящих в сообщество, они уважают только то, что они хотят.
И если они находятся в этом круге власти, они верят, что так оно и будет, и вы не попадете туда, если вы их чем-то обидели. Ну, я думаю, это их право в Америке, но у меня тоже есть свои права, возможно, они неправы, когда я пользуюсь своими правами, но мне действительно все равно, я собираюсь воспользоваться этим правом, потому что нам дана свобода делать то, что мы хотим делать. Хорошо, мы делаем что-то не так, и тогда мы должны за это платить. Что ж, эти люди придумали довольно хороший способ, будучи небольшим сообществом, как избежать наказания за неправильные действия и сделать это на законных основаниях. И я вернусь к этому немного позже.
Но возвращаясь к газетной статье, я имею в виду, как вы можете иметь чертов фундамент для ПРЕДЛАГАЕМОГО бетонного завода? Это была заранее одобренная сделка, и я раньше никогда не думал о какой-либо городской политике, но, поскольку это так неблагоприятно влияло на меня, я определенно учился. Но я всегда опаздывал на день и не хватало доллара («кто не успел — тот опоздал»), а мой адвокат мне совсем не помогал. Это было немного грустно, и городской газетчик, этот парень Брауэр, был чертовски зол, когда узнал, что мы поймали город со спущенными штанами.
Он написал в газете, что я нанял одного крутого адвоката из Боулдера, чтобы остановить: все это. Я имею в виду, что он не был крутым адвокатом, он выполнял свою работу, и возвращаясь к этому: лично я всем сердцем верю, что и городской прокурор, и Рич Дейли, адвокат Дочеффа — и городской прокурор, я сейчас забыл его имя, в Грэнби он тот же, что в Гранд-Лейке, они были в сговоре по этой сделке, они решили, что никто не будет знать процедуру, потому что они никогда раньше не делали PDO — коммерческого PDO — ипосле этого они согласятся, что им нужно терять? Они просто попытаются довести дело до конца, и, вероятно, это пройдет без проблем, но, конечно, этот, как пишет газета, «горячий» адвокат поймал их со спущенными штанами.
Но как вы думаете, они когда-нибудь поблагодарят меня за то, что я наставил их на прямой и узкий, правильный путь, чтобы все сделать правильно? Нет. И я согласен: я ошибся, вот на что я соглашаюсь, ошибся. Мы никогда не должны были говорить им, что мы сделали, и по сути, в ночь того заключительного собрания, когда они приняли это решение, или в ту ночь, когда он указал им, что они делают это неправильно, в 2:30 утра я отправил этому моему адвокату Дитце электронное письмо, потому что я пришел домой после собрания и снова прочитал постановление, и я сказал, что думаю, что мы поговорили слишком рано и что мы не должны были говорить им, что мы должны были позволить им провести заключительную встречу и что мы на самом деле должны были подать иск через 30 дней
Если бы мы сделали это таким образом, мы смогли бы получить судебный запрет на строительство, которое продолжалось, мы, вероятно, могли бы получить часть гонораров моего адвоката или все гонорары моего адвоката, и мы фактически вывели на чистую воду этих людей - этого городского прокурора, и этого Рича Дейли, и Дочеффов, и городской совет, и комиссию по планированию, чтобы показать городу тактику, которую они использовали: это настоящая мафия. И это всё, чем они являются, они преступники. Они нарушают закон, и их поймали, и это их разозлило, так что теперь они действительно меня ненавидят. Что ж, извините, это мое будущее, это моя жизнь, я независимый бизнесмен, и только я несу ответственность за свое будущее, свои доходы и средства к существованию - а они угрожают им. И они злятся, потому что я пытаюсь защитить свою собственность и средства к существованию, и это не имеет никакого смысла. Ну, в любом случае, я просто немного расстраиваюсь, так что позвольте мне попытаться успокоиться и вернуться к сути дела.
Я недоволен адвокатом, но какой у меня есть выбор? Они сделали эту резолюцию 2000, они продолжают эти встречи, он говорит мне, что мы собираемся обратиться в суд, и МЫ выиграем, и, конечно, все это умение торговать, и я разговариваю с этим парнем Майком Кармоди, который должен консультировать меня, он говорит, что Дити прав, они делают это неправильно. Итак, два человека говорят мне, что Дитце ошибается - я сказал Кармоди, что думал, что он облажался, но Кармоди говорит, что нет, Дитце знает, что делает — но <Марвин смеется> Дитце не знал, что делает. Коррупция здесь хуже, чем я думал. И это так, это так, я понятия не имел, насколько коррумпированными могут быть эти люди. Но, так или иначе, мой бизнес пошел к черту — 0, и возвращаясь к 99-му, когда (я думаю, что мы уже начали судебный процесс) они собирались провести воду и канализацию на этих 22 акрах — или они собирались получить одобрение. И я хотел, чтобы мне подключили воду и канализацию, и я сообщил об этом в протоколе заседания плановой комиссии и заседания городского совета. И парень, который владел мотелем вон там.... Бойс, из страхового агентства Бойса, Дэвид Бойс, кажется, его зовут, написал письменный запрос, чтобы они предоставили сервитуты для воды и канализации в их мотели, в эту секцию земли, они были в городе, это была собственность округа, но они хотели права на доступ к воде и канализации. И я сказал об этом Кармоди, и Кармоди сказал, что да они должны предоставить это и вам, и поэтому я попросил об этом. Они не могли дискриминировать меня как соседа. Если я хотел подключение к воде и канализации, они должны были предоставить это и мне тоже. Так что я считаю, что это то, что происходило, хотя я никогда не посылал им официального письма с просьбой об этом, это просто упоминалось на встречах. И я поехал в отдел водоснабжения и канализации в 99-м, чтобы просмотреть протоколы 92-го, чтобы увидеть, что мы все обсуждали и почему мне не разрешили.... почему меня не подключили в то время. Я иду в отдел водоснабжения и канализации и беру эти протоколы, начинаю их читать и действительно! не могу поверить, потому что в этих протоколах нет ни одного (!) упоминания о том, что для того, чтобы допустить меня к подключению, требуется сервитут для обслуживания, там никто не упоминает об этом. И это было, вероятно, 15 минут, если обсуждение на совещании о водопроводе той ночью осенью 1992 года заключалось в том, что у меня не было этого сервитута на обслуживание, я был просто поражен тем, что они изменили протокол, чтобы отразить, что мы не говорили об этом. Что ж, позже я узнаю, что. причина, по которой они исключили это из протоколов, заключалась в том, что если бы это было... < кассету заедает, звук прекращается, здесь очень вероятно изъятие части. записей кем-то из чиновников Гранд Каунти, у кого эти кассеты были в руках>.

Так что, главное, если бы они не лезли в мои дела, то все получилось бы совсем подругому. Если бы они просто оставили меня в покое, разрешили подключиться к воде и канализации, построить здание, заселить там жильцов, я мог бы сдать это в аренду, я мог бы сдать в аренду магазин глушителей, я мог бы продать магазин глушителей, я мог бы. его разделить, мог бы сделать много чего.
Но в принципе, что все это докажет, когда все закончится - если когда-нибудь все это закончится, в чем я сомневаюсь, - это докажет, я надеюсь, это докажет людям, что вмешательство в дела вашего ближнего по большей части разрушительно, это вернется, чтобы преследовать вас — или, я должен сказать, может вернуться, чтобы преследовать вас с удвоенной силой. И единственный человек, которого вы должны винить, это вы сами. И еще одна вещь, которую я нашел здесь: они обвиняют FDIC во многих проблемах, так много людей здесь обвиняют, они сами не несут ответственности, они не подотчетны, и это единственный способ, с помощью которого они могут выжить, и это плохо, потому что это просто постоянно передается из поколения в поколение. То, как работает город — ничего не улучшится, пока не произойдет что-то радикальное, и именно это должно! произойти.
Так или иначе, я хотел сказать, что я узнал об этом уже после, примерно в 2000 году, это было после того, как я узнал об афере с водой и канализацией, когда они скрыли от меня мою возможность получить это или скрывали от меня, я также узнал в 2000 году, что. осенью 1991 года, даже еще до того, как я приехал в округ Гранд, этот план по. строительству бетонного завода уже был в действии. И я не знал об этом до 2000 года. Но осенью 1991 года Гас Харрис и Коди Дочефф и «власть имущие» Томпсоны, и мотивацией Томпсонов было избавиться от Коди, потому что он вел себя как свинья и c таким комплексом маленького человека - ах он на всем пути был «мистером Наполеоном» в худшем смысле этого слова, парень просто не мог смириться с тем фактом, что он был маленький! И это определенно развратило его, я имею в виду, что парень действительно нуждался в психологической помощи.
Но, так или иначе, они обратились в город и перезонировали два акра земли Гаса Харриса, которая находится прямо к югу от моей мастерской по ремонту глушителей. Они сделали это под протестом, который записан в протоколе, со стороны владельца мотеля «Брокен Эрроу», который находится прямо к югу от места реализации проекта, где было проведено перезонирование.
И я не знаю, знал ли он об этом, или они рассчитывали на то, что общественность будет глупой, или они рассчитывали на то, что ни у кого нет денег, чтобы опротестовать это в суде, но город пошел и провел зонирование двух акров непосредственно к югу от меня, что незаконно в Колорадо. Они изменили зонирование HGD (коммерческое) на этих двух акрах на промышленное, и поскольку никто не опротестовал это в течение 30 дней, это стало законом, что они могут это делать. И в этом кроется большая проблема.
Когда я появился и случайно купил эти два акра, их планы были таковы, что Коди собирался купить эти два акра, пойти в город и преобразовать их в промышленные, потому что теперь они присоединились к промышленной собственности, которую они уже одобрили, так что теперь это было уже не точечное зонирование, а одобрение рядом с промышленным зонированием, и они собирались выйти сухими из воды. И они собирались разместить этот бетонный завод прямо там, рядом со всеми этими домами, с подветренной стороны от города, так что город в конечном итоге снова получает всю эту: пыль, а у них был бетон с северной стороны окружной дороги 612, и соседи, я имею в виду, они просто ненавидели это место. Но теперь они собираются сделать все заново.
И главная причина, когда Коди сделал это в 91-м году из-за воды, как я полагаю, его главной причиной сделать это в 2000 или в 99 году или когда бы то ни было, было желание отомстить Марву. Это была уже не вода. Он не получил послание, и я снова говорю, что Бог говорит этим людям - я не знал этих людей, вот я случайно покупаю эту собственность, не имея ненависти к кому-либо. Почему они не поняли, что им не следовало ставить бетонный завод в городе? Очень тонко, это обычная конкуренция, вы идете на аукцион, и кто-то перебивает ваши ставки - он разозлился бы на любого, Коди разозлился бы на любого, кто купил бы эту собственность, на любого. Но ты должен идти туда с достаточным количеством денег. Иначе проблема в тебе, это твоя вина, что это случилось, а не моя! Вы можете винить меня сколько угодно, вы можете винить FDIC, но. проблема не в этом.
Ты должен научиться преодолевать это и жить дальше. Но нет, вы сидели там и вместе с Томпсонами строили планы, чтобы держать меня внизу, не допустить меня к водоснабжению и канализации, не продать мне эту собственность, продать её Коди, сделать все это и расквитаться со мной. Вы вынашивали злой умысел по отношению ко мне, у меня никогда не было никакого злого умысла по отношению к вам. Как я уже сказал, я пытался продать Коди собственность в день покупки весной 92-го, я пытался продать ее ему в 97-м за 250 000 долларов, в 99-м я провел еще одну оценку, пытался продать ее ему по оценочной цене 395 000 долларов - Уилсон сделал это снова, повторную оценку. Он опять не пришел ко мне со встречным предложением. Сколько раз вы должны. пытаться договориться с этим человеком? Я имею в виду, что мы говорили об этом - это были три официальных раза, насколько я понимаю - было много других раз, когда у нас была возможность обсудить это, давай, Коди, купи эту собственность. Мы не обсуждали цену или что-то еще, но, Коди, будь благоразумным!
Но это не то, чего можно ждать от людей в горах, особенно в Грэнби. Они не знают, что такое разум — разумным они считают делать только то, чего они хотят, и это единственное в их сознании, что они считают разумным.
Что ж, я развил эту философию до определенного уровня, может быть, даже до высшего уровня, потому что я собираюсь быть неразумным до такой степени, - хотя они, вероятно, стоили мне 500 000 долларов или больше — или больше, я знаю, что это было больше, я могу легко подсчитать эти 300 000 долларов, исходя из моих цифр, мой бухгалтер Марк Криг считал, что это стоило мне 500 000 долларов, мой бухгалтер Дэйв Паттнер из Грэнби, оба эти человека из Грэнби, считали, что это вмешательство стоило мне как минимум. 500 000 долларов - то, что со мной сделал город, что со мной сделали Томпсоны, что со мной сделали Дочеффы и что со мной сделал округ воды и канализации. Это большие деньги, и это больше денег, чем любой человек должен терять или не заработать, как бы вы на это ни смотрели.
Я хочу сказать прямо сейчас: если бы я был женат, если бы у меня была семья, все могло быть иначе, но Бог создал меня для этой работы, Он наградил меня в сорок пять пятьдесят лет тем образом жизни, за который я так благодарен Ему. К сожалению, бедные люди из Грэнби, многие из них так завидовали моему образу жизни, что я мог приходить и уходить, когда мне захочется. Что ж, Бог заранее благословил меня для той задачи, которую я собираюсь выполнить
И я веду борьбу уже много лет. Сейчас апрель 2004, это было некоторое время в 2001 году, я думаю, 2000 или 2001 год - что мир... я имею в виду, что я плакал иногда, пытаясь понять, почему это произошло со мной, чтобы я делал то, что я должен делать, чтобы заставить этих людей слышать, усвоить. Это просто выше меня. И однажды я понял это, когда сидел в джакузи, я имею в виду, я плакал, и мир пришел ко мне, мир, который. приходил ко мне только несколько раз в моей жизни, когда я знал: то, что я делаю, было. тяжело, но это было правильно, и это было выше меня, это был не я - я делал это, потому' что Бог хотел, чтобы я это сделал, и я не понимал этого, я сказал, почему Ты попросил меня сделать это? Поэтому я никогда не был женат, поэтому у меня не было семьи? Поэтому я всегда был успешен, чтобы получить свою награду прежде, чем я выполню эту задачу? Я не знаю. Есть и другие вещи, о которых я могу спросить. Я не был готов нести свой крест раньше, а теперь Бог подготовил меня чтобы я мог нести этот крест? Я верю в это. И я несу свой крест добровольно, а сначала я боролся с этим. Но это должно быть сделано.
И мир будет писать истории о том, как не прав я был, и все такое, и, без сомнения, я хотел бы, чтобы все было сделано по-другому, но нет другого пути, чтобы сделать это правильным. Я провел здесь один день весной 2003 года: братья Томпсоны были внизу: под моим домом в Гранд-Лейк, копали фундамент для дома. Однажды я вышел на дорогу, а Ларри Томпсон стоял у своего трека один, я подъехал к нему и перекинулся с ним парой слов, и в основном я сказал ему, что знаешь, Ларри - я вообще-то сначала назвал его Рон, и он сказал: "Рон умер!" Я говорю: «О, мне жаль, Ларри, я говорю, но послушай, может быть, это хорошо, что Рон умер, потому что примерно в 1992 году твоя семья приняла некоторые решения, которые финансово повлияли на мою жизнь до конца моих дней, и я не могу себе этого позволить, и это стоило мне как минимум 300 000 долларов, и Я говорю, что ты должен заплатить мне»» а он мне: "О чем ты говоришь?” Я сказал, что не надо играть со мной в Незнайку, и он сразу замолчал. Я сказал: «Ты знаешь, о чем я говорю, ваша семья принимала такие решения, и я имею в виду те, когда Рон Томпсон не дал мне подключиться к системе водоснабжения, - я сказал, - ты знаешь об этом? Я сказал, что ты мне должен, и я хочу получить от тебя 300 тысяч долларов».
Он говорит: «Этого никогда не будет», а я говорю: «Я гарантирую, Ларри, что я возьму, Я говорю, что это мой долг, и я не смогу называть себя мужчиной, если я не сделаю это. правильно», и: я говорю, «Рон умер, и я думаю обо всех деньгах, которые он получил, которые вы унаследовали, потому что он умер, из имущества вашего отца, которое вы все унаследовали, я думаю, что вы должны заплатить мне из этих денег». И он сказал, что этого не будет, а я сказал: «Хорошо, я собираюсь забрать эти деньги», и я отъехал, Я проехал примерно четыре или пять грузовиков, и он, по сути, подтвердил в моем сознании прямо там, что он знал, о чем я говорил, что он знал, что было сделано, потому что он закричал, когда я был примерно на расстоянии в пять грузовиков: «Можешь сосать мой член» Я остановил грузовик, громко рассмеялся и сказал, что этого никогда не произойдет.
Хорошо, когда кто-то настолько расстроен, что вынужден говорить нечто подобное, вы знаете, что он знает. Вы можете сказать это по тону его голоса, вы можете сказать это по тому, что он сказал, вы можете сказать это по тому, как он себя вел. Он трусливый ублюдок, он католик, я думаю, они одни из самых больших трусов, которых я когда-либо встречал Я знаю это уже много лет, у них другая идея, они читают из другой Библии, и они верят - я действительно верю, что они верят, - что единственный способ остаться на вершине и дать Папе его деньги и все такое прочее — это унизить своего соседа. Католики не строят для ближнего своего, они не верят в поощрение ближнего своего. И это печально, это так неправильно. Я никогда ни с кем не сталкивался, если только в маленьком городе, когда я был ребенком, где все всегда ждут предательства в маленьком сообществе, но я жил в Денвере, у меня был мастерская в Коммерс-Сити, одна в Авроре, одна в Энглвуде, одна в Лейквуде, у меня была мастерская в Боулдере. Я никогда не чувствовал, что кто-то намеренно работает против меня. У вас есть работники, которые ленивы, когда вы за ними не следите, они просто валяют дурака, но это сотрудники, у меня никогда не было такого, чтобы кто-то сидел и замышлял, как лишить меня возможности заработать деньги, как сделали Томпсоны, когда они отказали мне в доступе к их канализационному участку.
Если бы они этого не сделали, этот бетонный завод, уверяю вас, исход был бы совершенно другим. Я не говорю, что я был бы намного счастливее, но я бы никогда не ‘узнал, что они попались меня трахнуть. Если бы они оставили меня в покое, у меня не было бы того праведного гнева, который я испытываю к Томпсонам, - их иерархии, их отношению, которое они оставили в этом сообществе на долгие годы, которое распространилось по всему сообществу, как раковая опухоль, и так много людей думают так же, как они: «Поимей своего соседа!» Если бы они не вмещались в мой бизнес, то, когда они запустили этот бетонный завод, посмотрите, что бы там было: у меня было бы здание, построенное в 93-м году, в котором семь лет, с 93-го по 99-й, 2000-й, может быть, до сегодняшнего дня, жили бы арендаторы. Может быть, все арендаторы съехали бы из-за пыли, которая теперь у меня, но если бы это было их чувство, они были бы на моей стороне, мы протестовали бы сильнее, может быть, городской совет прислушался бы. Но из-за того, что в 91-м городской совет предпринял усилия, чтобы изменить зонирование этой собственности, а я испортил планы города - у города был стояк для Марва Химейера! Они не остановились и не подумали: «У Марва не было никакого злого умысла по отношению к нам, это знак, чтобы не делать этого» —нет, они хранили это в своих ожесточенных сердцах и сказали, что мы достанем его, и они начали доставать меня в 1992 году, когда они не допустили меня до подключения к воде и канализации, они начали доставать меня, когда Гас Харрис не захотел продать мне недвижимость, они достали меня, когда Гас Харрис продал недвижимость Коди Дочеффу, они достали меня, когда они выдали Коди Дочеффу разрешение на строительство бетонного завода и отрицали, что это было для бетонного завода, хотя все знают, что это было, потому что. сегодня это бетонный завод! Посмотрите на выпуск «Скай Хай Ньюс» от 7 сентября 2000 года, где был бетонный. фундамент - это их здание! Мы что, все тупые? Да ладно! Они знали!! И когда я задавал им эти вопросы, которых вы НЕ найдёте в протоколе, они просто отмалчивались, отгораживались стеной от вас, у них не было ответа. Оказывается, у меня есть ответ, потому что они давали мне ответ: я говорил им правду в лицо, а они не могли с этим согласиться. Я гарантирую вам, что я заставлю их согласиться с этим. Это мой долг, Бог попросил меня сделать это. Вы знаете, вы можете назвать это местью — я так не считаю, я не сомневаюсь, что это. Я останавливаюсь и думаю: мы, люди, можем обходиться без невероятно многого. Я слышал это от мотивационных спикеров, я читал об этом в книгах, видел это на семинарах, где люди говорили об этом, удивительно, без скольких вещей мы можем обойтись. Вы знаете, да, я продал собственность за 400, 000 долларов. Я должен: был заплатить за нее налоги (40 000), что я и сделал, но я не положил себе в карман 360 000 долларов: я отдал их, они исчезли, понимаете, потому что теперь деньги для меня ничего не значат. Я отдал свой дом, мне не нужен этот домик здесь, в Гранд-Лейке, я отдал свои снегоходы, отдал их в этом году. Все ушло. То, что я имею, будет просто жалкими копейками по сравнению стем, что я собираюсь забрать.
Но, надеюсь, сообщество чему-то научится из этого и станет мудрее. Вместо того, чтобы ненавидеть своего ближнего и подавлять своего ближнего, они будут любить своего ближнего. Возможно, здесь не так много любви — можно сказать, что она исходит от меня, я воспитал в себе злобу к этим людям, я не смог бы прожить с собой всю оставшуюся жизнь, если бы у меня не было плана сделать это правильно. Я чувствую себя довольно бесполезным, и я знаю, что, вероятно, не должен, но знать, что в течение 10 дет люди в городе Грэнби не хотели, чтобы я был там, и тот факт, что я хорошо зарабатывал к 1999 году, шесть лет после того, как я начал этот бизнес, то, что я имел довольно хороший доход, я уверен, что они очень завидовали. Я уверен, что всё во мне вызывало у них зависть.
Мне жаль, что они так чувствовали, это плохой способ чувствовать. Я не пытался идти в ногу с Джонсами, я говорю это, и может быть, это неправда: я всегда пытался быть как Джонсы, делайте так же, посмотрите на меня, посмотрите, что я делаю, это то, что я сделал. У всех вас есть возможность сделать то, что сделал я. Я мало что сделал, я имею в виду, что окончил среднюю школу 28-м из 29-ти в классе. Ничего особенного, я не был умным, не был хитроумным, я не был тупым, но я не был образованным. У меня не было навыка сидеть в классе и быть книжным червем, я не знаю почему. Но Бог создал меня, может быть, всё стало ясно в четвертом классе, когда я сломал руку, и тогда мои оценки начали падать. Я не знаю. Если вы верите в Предопределение, а я верю, то, возможно, это было запланировано еще до моего рождения. Я не очень много понимаю в Предопределении, но я верю в него. Итак, мы здесь, и я спокоен за то, что собираюсь сделать. Я должен сделать это. Хотя я боролся с этим годами, и Бог снова подарил мне эту прошлую зиму, потому что Он знал, что я не был силён, и это невероятно, что это не было сделано в прошлом году, когда продажа бизнеса как бы прервала мой прогресс моего... Комацу Марва - как я назвал его? Я найду имя для него — вот! мой МК-танк. Мой МК-танк, то, что я не сделал старый МК-танк прошлой осенью - это удивительно, потому что это должно было случиться. Но вы знаете, у Бога есть свои сроки, свои планы, они должны сбываться, и похоже, что это произойдет, потому что меня не поймали, а единственное, чего я хотел — это быть пойманным.
Я надеялся, что кто-нибудь поймает меня, и всё это прекратится, и это будет хорошим знаком для меня, чтобы не делать этого. Я не часто играл в лотерею, но я надеялся, что выиграю в лотерею и смогу забыть все это, смогу жить дальше, потому что тогда у меня будут мои 300 000 долларов, я верну свою жизнь и смогу жить так, как я хочу. Но у меня были эти деньги - этот домик куплен и оплачен, у меня не было арендной платы: люди скажут: «Зачем он это сделал? У него была такая хорошая жизнь - во всяком случае, лучше, чем у меня!» - Я могу понять их‚ но это не то, чего я заслуживаю.
Вы вмешались в мой бизнес и забрали то, что я заслуживаю. Вы пользовались моей доброй натурой. Ребята, я думаю, вам стоит кое-чему научиться: насколько человек может: быть хорошим, настолько же он может быть и плохим. И еще одна вещь, которую вы должны усвоить: когда вы причиняете кому-то зло, будьте уверены, что оно вернётся к вам, именно это и происходит. Это хорошо, потому что я думаю, что сообщество Грэнби станет сильнее, я думаю, они поймут спустя годы, если они когда-нибудь услышат эту запись, если они когда-нибудь услышат правду, если они когда-нибудь захотят слушать это была вещь, которую городской совет не сделал бы никогда, они бы этого не сделали, потому что знали, что у них будет этот бетонный завод, всё, что говорили я или 50 или 80 человек, которые изначально были на этих собраниях, они пропустили мимо ушей, потому что я был одним - единственным человеком, я должен сказать, единственным, на кого столь негативно повлияла постройка бетонного завода.
Я стоял там и боролся до конца. Я потратил деньги, я позволил этому адвокату Дитце доить меня, потому что я боялся, я был слаб, понимаю, понимаю. Я потратил слишком! много денег, я боролся за правое дело, чтобы понять, что я должен сделать то, что я должен сделать сейчас. Это печальный, печальный способ сделать это, но это крест, который я собираюсь нести. И я несу его во Имя Бога, я верю, я действительно верю в это. Меня бы поймали, что-то случилось бы, я имею в виду, что еще есть немного времени, это. еще может не произойти.
Может случиться так, что придет тот день, а машина выйдет из строя еще до того, как я выйду (на машине) из здания. Она может выключиться сразу после того, как я Выйду из здания. Она может остановиться на полпути к тому, что я хочу сделать. И именно тогда она должна остановиться, потому что Божья воля остановит ее. Я верю, что эта машина, кроме того, что иногда она не включается, я ещё не разобрался в этом, но я надеюсь, что это случалось всего пару раз, а потом вдруг сама собой включалась передача, так что я не знаю, в чём там проблема - но это может быть очень важной проблемой, которая остановит меня.
Есть так много вещей, на которые я надеялся, что из-за них мне не придется этого делать, но я здесь, и сегодня 13 апреля 2004 года, и мы движемся дальше, и я пытаюсь записать эту ленту - и покончить с этим.
По - любому, мне нужно немного отвлечься: город, вы знаете, люди, которые были в городском совете, леди Петерсон, она была в городском совете так долго, она знала историю, чего хотел город, она знала историю FDIC, так много людей, эта толстая леди, ооо... у которой был цветочный магазин или я не знаю что у неё там было, я даже не могу вспомнить ее имя, Кейси из «Гэмблс» (из магазина «Гэмбле») - так много этих людей. знали про обиды на FDIC которые распространились в сообществе с тех пор, как FDIC сделали то, что сделали.
И вот я являюсь бенефициаром FDIC, и они определенно хотели удовлетворить свой: чувства... как бы это сказать?.. хотели умиротворения, что ли, но вы знаете, умиротворение — это другое. Я умиротворял, я пытался - ошибочно - в течение многих дет я пытался умиротворить ошибочный гнев Коди Дочеффа. Я пытался вести себя с ним дружелюбно, пытался поговорить с его ребёнком, я купил каждый кусочек бетона, который оказался дерьмом - он так сильно обворовал меня на этом бетоне - но я пытался купить весь свой бетон у этого парня, и у меня не было злобы ни к этому человеку, ни к любому другому человеку в Грэнби, и все же они так поступили со мной, из-за чего они это сделали? Из-за налога с продаж.
Увеличение доходов от налога с продаж, и я пытался объяснить им, что у вас здесь нет столько налогов с продаж, поскольку вы наносите ущерб обществу, все продукты, оба продукта, поставляются в округ, и я говорю, что те немногие агенты, которые собираются торговать прямо здесь, в городе, люди будут приходить и снимать какие-то канализационные люки, возможно, даже время от времени снимать канализационную. систему, кто знает, что они собираются снять?
Может быть, пять процентов от бизнеса - это хорошо? Это то, из-за чего вы понижаете уровень сообщества, мотеля? Теперь у них есть мотель с бетонным заводом с одной стороны — раньше у нас были только железнодорожные пути, будили всех по ночам, ездили туда-сюда, ладно, знаете, иногда попадаются такие мотели — теперь у вас есть. мотель с гребаным бетонным заводом без каких-либо ограничений по часам работы, кроме тех, что установлены федеральным правительством, то есть для всех, но эти бетонные заводы не в центре города, они большей частью за городом.
Только их злоба, их обида на «приезжих» были мотивом для того, чтобы этот бетон попал в город. И это просто сверхъестественно: после того, как это началось, когда я пытался остановить это, каждый раз, когда я это делал, я терпел неудачу, это говорило мне об. одном: Бог хотел, чтобы эти люди учились. И Он знал, что в конце концов я дойду до того, что не буду мириться с тем, что они отнимают у меня, с тем, в чем они мне отказали. Бог знал Марва Химейера очень хорошо. Он поместил меня сюда... (запись повторяет последнюю строчку, обрывается).

… Он поместил меня сюда, изначально, я полагаю, чтобы остановить весь этот процесс, что и произошло, это продолжалось в течение 10 лет. И это была Божья воля, но это не была Божья воля, чтобы они сделали то, что они сделали со мной, это была воля человека, это была их воля. И это эффективно.
Я не согласен с этим, я никогда не соглашусь с этим. Когда воля людей направлена на то, чтобы причинить вред своему ближнему и не допустить его процветания, это неправильно, и это всё, что они делали, все те годы, что я был там. И мы приближаемся к этому дню, когда я буду делать то, что должен сделать, и посмотрим, что произойдет. Я знаю, что это Божья воля. Да будет Божья воля, а не моя. Так что посмотрим, что произойдет. Так оно и есть.
Вы знаете - сейчас около 8:30 вечера 13-го мая - вся или почти вся переписка между мной и городом‚ пока это происходило, и между мной и этим адвокатом Дитие - в пластиковом пакете сзади в субару, и там есть хронологический порядок, но у меня этих документов с собой нет, так что кажется, что я перепрыгиваю с одного на другое.
Но, если собрать воедино, как это произошло, все это есть там, и это в основном подтверждает то, что я говорю. Это есть также в компьютере, который у меня здесь, я думаю, что я загрузил много этих документов, и это есть в субару, но компьютер отправится в Южную Дакоту, и он будет храниться там, где он должен быть. И я надеюсь, что люди, у которых он есть, однажды смогут понять это и узнать правду. И я думаю, что если они разберутся во всем этом и все равно решат, что я не прав, что ж, это их путь, так считают люди. Я не думаю, что делал бы эту запись, я не думаю, что я бы все еще сидел здесь, два, три года после того, как все это было сделано, четыре года, что угодно, это все еще беспокоило бы меня. Это повлияло на меня, это унесло всю мою пенсию, я имею в виду, что у меня нет жизни. Жизнь, которая у меня есть — конечно, у меня есть жизнь, если вы хотите согласиться на такую жизнь, но это не то, чему меня учили делать. Вы! соглашаетесь на вещи, если так оно и есть.
Если бы я стал банкротом и потерял магазин глушителей вместе с имуществом, а потом пошел на аукцион, FDIC получил его, неважно - и я пошел на этот аукцион и не взял с собой достаточно денег, чтобы выкупить имущество, это было бы хорошим знаком, что я не должен получить его обратно и что я должен заняться чем-то другим. Но если бы я должен был получить его обратно, если бы это продолжалось, я бы купил его, и это был бы хороший знак для продолжения
Но Коди не принес достаточно денег, он проиграл и просто отказался это отдавать. Город, потому что их планы, которые они сделали для перезонирования этих двух акров, когда они перезонировали два акра Гаса Харриса к югу от меня, когда я вмешался - о Бог поставил меня там, чтобы купить эту собственность, и их планы были закончены, они были устранены, они были остановлены, они могли двигаться дальше, они должны были искать лучшее место, и я знаю, что Коди хотел - это очень важное - он хотел, чтобы бетонный завод был там, у Хот-Сулфур-Спрингс, к востоку от Хот-Сулфур-Спрингс, и мне было все равно, я не ходил ни на какие собрания или что-то еще, но они отказались, и это было далеко за городом, это было с подветренной стороны города, но это было очень интересно, и вот почему мы должны были изменить место судебного разбирательства, мы должны были заставить их перенести это в Стимбот, потому что судья, который сидел на нашем процессе, судья ходил на эти собрания в 97 году, я думаю, это был 97 год, когда Коди пытался добиться этого в Хот-Сулфур-Спрингс, судья владел собственностью через шоссе к северу, и судья и его жена ходили на собрания округа, чтобы выступить ПРОТИВ этого бетонного завода, потому что он обесценит их собственность, и письма находятся в округе - в Хот-Сулфур-Спрингс, в здании суда - я узнал об этом через пару недель после того, как проиграл дело.
Я слышал, как кто-то сказал, что он боролся с этим заводом, этот судья боролся, поэтому я пошел в суд и нашел эти записи, и копии этих записей находятся в задней части Субару, Я думаю, письмо от его жены и то, что она сказала, это было от сердца судьи, это было не от его жены, это было от него, потому что он был на тех заседаниях, и это есть в протоколе: когда вы идете на эти заседания, вы должны расписаться, и там есть его подпись.
И ему следовало бы взять самоотвод, но, сделав то, что он сделал, приняв решение в пользу Дочеффов и города, он гарантировал, что завод никогда не вернется на место в гравийном карьере напротив ЕГО участка.
И мой адвокат, как бы он ни был проплачен, как бы они ни имели его или что бы я ни думал, даже он сказал мне, что я должен написать судье и попросить его отменить вердикт, и что мы должны попросить нового судью пересмотреть дело, но какой в этом смысл? Я потрачу еще 50 000 долларов на этого адвоката, чтобы мы пошли бороться в другое место?
Всё, что он делал, - зарабатывал деньги на это деле. Ему было все равно, выиграю я или проиграю, более того, в одном из писем, которое он мне прислал, копия которого есть в компьютере и в задней части Субару, он сказал, что не будет подавать апелляцию.
Я всегда говорил ему, «Дитц, если этой цели достаточно, чтобы подать в суд в первый раз, несмотря на все сомнения, которые я испытываю по поводу победы, если мы проиграем это достаточно хорошо, чтобы обжаловать решение в вышестоящем суде».
Дитце не стал этого делать, он не стал обжаловать это решение, даже после того, как я сказал ему, что судья боролся с этим бетонным заводом, когда он должен был быть построен напротив его собственности, которая даже не была с подветренной стороны - это было правильно, рядом с ним, но это было по большей части с подветренной стороны проклятого бетонного завода. И его собственность пострадала бы от этого не так сильно, как моя собственность или собственность моих соседей. Но Дитце сказал, что в любом случае не будет обжаловать дело, и он написал это в письме, потому что у него есть будущие дела, которые должны рассматриваться судьей Дюсеттом, и он Чувствовал, что, если он обжалует решение судьи Дюсетта, это неблагоприятно скажется на этих делах. Что ж, извините, я не знаю, как это называется, но, без сомнения, это неправильно. Если он был готов брать мои деньги за все те месяцы и годы, что мы боролись с этим делом, всё время убеждая меня, что мы должны победить, что я поступаю правильно, он действительно должен был сделать это бесплатно. И у меня должно было хватить ума сказать ему об этом тогда, когда они приняли резолюцию 2000, что ему больше не должны платить.
Но я не знал, как работает город, особенно я не знал, что они такие жулики. Поэтому я совершал ошибки, много ошибок, и чему они меня научили? Я имею в виду, чему? Я узнал, как ходить на аукционы FDIC, покупать собственность, и если предыдущий владелец сделает ставку против меня на будущем аукционе, когда я куплю эту собственность, что я просто продам её очень быстро? Что мне это даст, когда мне будет 69 лет, если в это время FDIC снова начнет продавать недвижимость, на которую было! обращено взыскание, если на рынке будет избыток такой недвижимости из-за спада экономики? Мне не нужны эти деньги в 65 лет, они нужны мне в мои 40 и в мон 50 лет, вот когда они должны были быть здесь, а их здесь нет. Так что деньги, которые у меня есть, бесполезны для меня, потому что я не собираюсь жить так, как они хотят. Они думают, что я должен оставаться там, в Грэнби, я должен продолжать работать в своем магазине глушителей, я должен терпеть всю пыль, все насмешки, городской совет, я должен был передать их на почте и они смеялись, узнав, что я проиграл.
На улице Кейси Фаррелл, этот парень - какой варвар, просто больной человек, он производит впечатление одного из тех хороших парней, и он выглядит как один из этих. хороших парней, но он совсем не такой, он просто часть проблемы, всей этой системы, «системы старого доброго мальчика». Когда ты сталкиваешься с таким, как я, ты должен помочь мне, бросить мне кость (чтобы я ушел), но ты не бросишь мне ничего. Когда Коди впервые пришел на эти встречи, он сказал, что поставит стены и будет делать разные вещи, которых у нас нет. В этом нет никакого смысла, кроме того, что это были старые добрые мальчики, похлопывающие друг друга по спине. Ну, вы должны были заставить меня - если я не являюсь одним из старых добрых мальчиков, вы должны были дать мне кость, чтобы я выбрался оттуда, чтобы я мог оставить вас в покое и вы делали то, что вы хотите. Я выставил собственность на продажу почти сразу, как только началось это PDO, уберите меня оттуда! Но вы не смогли прочитать это, а если и прочитали, то так, что. сказали: «Ха! Мы поймали его, мы знаем, что он хочет выбраться оттуда, мы знаем, что он знает, что его обманули, давайте действительно отымеем его!» Именно таким было их. отношение.
И они сделали это, у меня не было выбора, что мне оставалось делать? Поэтому, когда я провел аукцион, когда я продал собственность самостоятельно Трэвису Басси и его партнеру Бобу, я получил прибыль в 400 000 долларов, потому что я не использовал: услуги риэлтера. На аукционе мне пришлось бы заплатить 10 процентов от цены, чтобы получить 400 000 долларов, я выставил минимальный резерв в 450 000 долларов, и помним, что я теряю свой бизнес, деловую репутацию, все то, что я бы назвал капиталом, я отдаю это, и я сказал, что если я выставлю минимальную цену в 450 000 долларов, мы заплатим 10 процентов от этой суммы аукционисту, то у меня останется 405 000 долларов. Если бы они купили имущество на аукционе за $450 000, я бы ушел.
Но не было ни одной ставки, и это также уникально, потому что у меня было пять вещей, которые были зарезервированы на аукционе: бульдозер, земля, экскаватор Кобалко, моя Nova-72 и пара гидроциклов. Уникально, что гидроциклы взяли минимум, Кобалко взял минимум, Nova превысила минимум, и я продал их, но какие две вещи остались? Бульдозер Коматцу и недвижимость. Так что остановимся и подумаем: я не мог уйти от этого. Потому что Коматцу был всё ещё там, имущество, за которое выставлен счёт, всё ещё было там.
Если бы я получил цену в $450,000, я бы заработал на $5.000 больше, чем на самом деле. Вот что вам стоило заплатить - потому что то, что я собираюсь сделать, будет стоить гораздо больше, чем $5.000. Я не очень хорошо объясняю, но надеюсь, вы поняли мою мысль. Вы разрушили это! Может быть, вы скажете, что этого не произошло, потому что это стоило бы вам на 550 000 больше, чем я заработал. Ну, вы говорили - Коди говорил всем, с кем я разговаривал, что моя собственность стоила всего $300,000. Коди, ты лгал людям, потому что я получил $400,000. Я бы выручил 405 000 долларов, если бы продал её на аукционе. Ребята, вы могли бы избавиться от меня. Но это был один из тех случаев, когда я сказал Богу: «Если это принесет 450 000 долларов, я уйду отсюда. Я завершил это, я забуду это, я буду жить, я продолжу жить своей жизнью». Этого не произошло. Меня просто поражает, что этого не произошло, поскольку я был настолько близок к тому, чтобы уйти от этого.
В общем, у меня остались бульдозер и здание. Еще одна вещь, которая была действительно уникальной, - что я буду делать с бульдозером? Ладно, я выставил его на продажу, и по данным аукциона братьев Риччи, в то время этот бульдозер продавался по всей стране за 43 000 долларов. Я не верю, что хоть один из Коматцу Д-355 был в таком хорошем состоянии, как этот. Этот Коматцу принадлежал, по-моему, компании Фресно Трактор, они владели им около шести лет и сдавали в аренду. И этот Коматцу был в великолепном состоянии. Если какой-нибудь Коматцу Д-355 должен был принести 54 000 долларов, а именно во столько я его оценивал, то именно этот. На аукционе я был готов продать его за $33 000, но не получил предложения. Я сделал ставку в 20 000 долларов, это была единственная реальная ставка, которую мы получили. У меня было 24 000 долларов, и я не собирался продавать его за столько, тем более что братья Риччи говорили, что он стоит 43 000 долларов. Так что я оставил бульдозер у себя.
Что было уникальным, после того, как все закончилось, я узнаю, что бульдозер на два дюйма короче 12 футов и войдет в складское помещение. Он на дюйм уже двери, если снять грунтозацепы, или как там их называют, на бульдозерном отвале. Я их снимаю, этот бульдозер войдет в мой склад. Поэтому я говорю, давайте поместим его внутрь, потому что тогда я смогу сделать из него то, что должен делать. И я не мог в это поверить - Я поставил по фанерке 4х8 с каждой стороны двери, чтобы лезвие проходило, загнал эту штуку туда, вылез туда, где кабина была вплотную к двери, проверил зазор, и у меня было два или три дюйма зазора, я въехал прямо туда.
Он проходил в дверь настолько вплотную, что пришлось чуть ли не смазать его маслом, чтобы протолкнуть туда. Почему именно этот бульдозер уместился в здании? Почему я не купил один из Д-9 на аукционе во Фресно? Для этого не было причин. У Д-9 больше лошадиных сил, он, вероятно, более надежен, чем Комацу. Если бы я купил один из них, я бы никогда не уместил его в то здание, потому что они все были намного выше, чем Комацу. Так что я подумал, что это хорошо, я поставил его внутрь, теперь я Могу его построить. Должно быть, это то, что я должен был сделать.
Поставил его внутрь под предлогом, что сейчас зима, меня здесь не будет, все продано, у меня больше нет магазина глушителей, я собираюсь ездить на снегоходах, я должен держать его подальше от непогоды и подальше от чертовых преступников там, в Грэнби, которые придут и растащат его, что случалось на этом месте не раз за те десять, одиннадцать лет, что я там был: люди воровали разные вещи и так далее, я имею в виду, что это больной город.
Кроме одного случая в Коммерс-Сити, когда взломали мою мастерскую глушителей, у меня никогда не было проблем с воровством ни на одном из предприятий, которые я когда-либо имел, ни в мастерских, которыми я когда-либо руководил, но в Грэнби у меня были проблемы! И для этого могут быть веские причины, потому что мастерская находится не на главной улице, и так далее. Но в моей мастерской в Грэнби было больше взломов, чем в любом месте, их было четыре, если быть точным, три были попытками, я бы сказал, когда они не попали внутрь, а если и попали, то ничего не взяли. Один раз, когда они что-то взяли, они украли колёса с моего стрит-рода <реставрированный и модифицированный автомобиль>, который я поставил прямо перед зданием, и этих людей поймали, и я получил компенсацию от одного из них - там было трое детей - один из них. заплатил компенсацию, двое других, насколько я знаю, сегодня сидят в тюрьме.
Но такова манера этого города. Вы знаете, они бедные. Сейчас я думаю, что у всех, вероятно, много денег в карманах, потому что последние пять или шесть лет у нас здесь была довольно хорошая экономика, но эти люди могли бы иметь по миллиону долларов каждый, и они всё равно остались бы бедными: они бедны умом, они бедны кошельком, они бедны духом, они бедны сердцем. Они просто бедные люди, и я не знаю, они должны обрести чувство собственного достоинства, самоуважения и любить своих ближних, а не пытаться лишить их права зарабатывать на жизнь и осуществлять свои мечты, и печально, что люди внизу так поступают, и я говорю о лидерах общества, они держат людей внизу, потому что, если бы они этого не делали, настоящие сливки общества поднялись бы на вершину и сбили бы их с их позиции.
Но, конечно, их определение «сливок общества» заключается в том, насколько коварным: ты можешь быть, чтобы надуть своего соседа. Если вы достаточно хитры, находчивы и изворотливы, чтобы облапошить своего соседа, тогда вы — «сливки общества», и ВЫ будете на вершине. Вы не должны зарабатывать это честным, тяжелым трудом. Вы должны собираться вместе, устраивать тайные встречи, годами строить коварные планы и ждать возможности отыметь своего соседа. Я никогда не поступал так и не собирался поступать, кроме того, что я делаю сейчас, и это будет первый раз, когда я делаю что-то подобное — так, как они любят это делать: делать тайно, делать за спиной, лгать вам, когда вы спрашиваете, какие у них планы, и они вам не говорят. Мне пришлось так поступать, когда люди спрашивали меня, что я делаю? - «О, я ничего не делаю» <Марвин смеется>. Я провел все дето 2003 года в этом чертовом здании, жил там без душа целых четыре дня, работая над этим бульдозером, готовя его к тому, что я должен делать.
И еще одна вещь, которая была настолько жуткой: вопрос о том, что меня поймают. Почему я не был пойман? Почему я не пойман до сих пор? Прошлой осенью, когда Трэвис и Боб пришли покупать дом, им нужно было, чтобы их страховой агент пришел и посмотрел складское помещение, они хотят заглянуть внутрь. Теперь я поставил временную стену, и тем летом я изолировал все это здание и начал работать над этим бульдозером, я сделал этот бульдозер примерно наполовину, может быть, на три четверти, к тому времени, когда они хотели, чтобы этот парень из страховой приехал. Мне пришлось убрать всю мастерскую, спрятать сталь, сварку, спрятать все эти вещи в маленькую. угловую комнатку, которую я построил из блоков 2х4 и брезента.
А потом что я сделал? Я взял полипропиленовый брезент и накрыл бульдозер: у меня уже была броня на кабине, у меня была примерно половина брони на двигателе, - и я накрыл его брезентом и все заклеил скотчем, и я говорю, знаете, может быть, здесь они должны меня поймать, они придут сюда, станут любопытничать и захотят узнать, что под этим брезентом. Они узнают, что я это строю, и кто-нибудь вызовет полицию, и они остановят это, ну, так и должно быть — поймайте меня, хорошо?.
Они пришли туда после того, как я навел порядок в мастерской, все убрал, накрыл бульдозер этими полипропиленовыми брезентами - я даже поставил там подъемник, чтобы поднять всю эту сталь на бульдозер, этот подъемник был около 20-ти футов длиной, на нем была 20-футовая стрела с электрической лебедкой, и он двигался по столбу, и так я поднял всю эту сталь, чтобы доставить ее туда, ОК? Подъемник там. И тут заходят эти парни: «Оо, что это?», - «Это бульдозер», - «Отлично, а что это за подъемник здесь?» - о я придумал историю о парне из Миннесоты, который был профессором в университете и работал над системой... как это называлось? Господи, я даже не могу вспомнить, как это называется, когда вы глубоко замораживаете вещи... криогеника или что-то в этом роде? Я сказал, что этот профессор совершенствует криогенную систему охлаждения для дизельного двигателя, которая охлаждает воздух, повышает производительность двигателя и увеличивает часовой расход топлива.
И они купили его, я говорю, но подъемник заберут, когда я уеду, этот парень приезжает за этим бульдозером после того, как проведёт все эти испытания: мы поставили этот подъемник, чтобы можно было поднять этот большой 800-фунтовый конденсатор сзади, который он неправильно измерил, и им пришлось везти его обратно в Миннесоту, а потом у него есть еще один испаритель, который нам пришлось поднять, плюс большой насос, который должен быть там, мы запустили его от вспомогательного привода отбора мощности, который установили на двигатель, я придумал всю эту чушь, и они согласились с этим! Когда они вышли за дверь, я не мог поверить в это. Я в безопасности! Почему они меня не поймали? Это было прямо у них под носом
Хорошо, меня не должны были поймать: пока нет‚ но, может быть, поймают, может быть, всё это прекратится раньше, так и должно быть, я согласен на это. Они забрали мою жизнь, они забрали мое будущее, забрали мои надежды, забрали все мои желания. Я не могу работать в сообществе людей, которые так поступают со своими соседями. Я потратил впустую тринадцать лет своей жизни, потому что Томпсоны обозлились из-за того, что я купил эту собственность. Поставьте себя на моё место и скажите, как бы вы себя чувствовали в 50 лет, осознав, что вы потеряли 10 лет своей жизни из-за чьей-то злобы, из-за их зависти, из-за их жадности, из-за их ненависти? Сейчас мне 52, поэтому я говорю о двенадцати, тринадцати годах. Знаете, тогда было 10 лет. Это просто. неправильно. Раньше было время, когда я мог выдержать такие потери. Я никогда не мог себе этого позволить — вы не можете позволить себе терять столько денег.
Вы можете выдержать это, и иногда вы можете восстановиться, большую часть времени я смотрел на это таким образом, потому что я был молод и силён, и я мог Выйти и выполнять физическую работу. Мне сейчас 52, я не могу делать столько работы, я не могу выдержать этого, я не успею восстановиться. Мы говорим о потере 300 000 долларов, которые, наряду с продажей собственности, стали бы моей пенсией, позволили бы мне: заняться другими делами, чтобы заработать больше средств. Но когда вы отнимаете у меня десять лет моей жизни и просто сливаете их в канализацию, и вы рады этому, и вы в экстазе от этого - нет! Я взял всё, что мог взять.
Как я должен реагировать, да, это реакция, так и должно быть, так меня создал Бог. Это не моя вина. Что сказал тот парень? Те, кто сделал себя моими врагами - или кто сделал меня своим врагом - они виновны. Томпсоны виновны, Дочеффы виновны, городской совет Грэнби виновен, комиссия по планированию Грэнби виновна, мои соседи виновны. Вам всем понадобилось 10 лет, чтобы достать меня. И вы меня достали! Нет сомнений, меня поимели по - крупному! Мы сегодня говорили об этом с Дэйвом Паттнером, он знает, что меня кинули, и он знает, что они это делают и им это сходит с рук. «Вы ничего не можете с этим поделать», говорит он. Что ж, я собираюсь что-то с этим сделать. Это может: изменить людей только на поколение, может, на два. А может, это и вовсе их не изменит, а сделает их еще хуже. Так должно быть, и так будет: Божья воля будет исполнена через меня.

Итак, это кассета три, примерно 10:05 14 апреля 2004 года. Я хочу сказать, что я остаюсь: американским патриотом, я верю в систему свободного предпринимательства, я верю в равные условия конкуренции. Если вы хотите изменить это равное игровое поле конкуренции в свою пользу, то, по сути, вы даете мне лицензию сделать это, когда представится возможность, потому что вы - лидеры общества, вы подаете пример, вы учите, и вы своим примером, своими действиями показываете обществу, как все должно быть сделано. Я один из величайших последователей, которых вы когда-либо встречали, потому что я знаю, что вы не можете быть хорошим лидером, если вы не являетесь хорошим последователем. Я следовал всем параметрам, которые должен был соблюдать, чтобы получить эту собственность. С другой стороны, вы - город Грэнби, люди из Грэнби, лидеры Грэнби - этого не сделали. Вы сговорились против меня, и при этом - и я понимаю, что это сговор, мы не можем ничего доказать, и то, как вы меняете свой протоколы и все свои встречи, я понимаю это. и это не может быть доказано, я не настолько усерден, чтобы ловить каждую проблему и атаковать всё, что вы делаете, вас слишком много, это слишком большая задача.
Но вы своим примером показали, что мне нужно делать. Когда я делаю это, я выравниваю игровое поле в мою пользу. Так что теперь у нас однобокое игровое поле, потому что, когда я вернусь к вам, я собираюсь разрушить вашу сторону игрового поля, я собираюсь разрушить вас... Я всегда верил в то, что нужно платить по счетам, нужно зарабатывать деньги, и ты делаешь это если ты получаешь доход от шампанского со вкусом пива, то у тебя всё будет хорошо, и это то, что у меня всегда было. Всегда считал, что так и должно быть, только так я могу продвинуться вперёд. Если у тебя есть вкус шампанского с доходом от шампанского, ты в расчёте, если у тебя есть доход от пива со вкусом пива, ты в расчёте, если у тебя есть вкус шампанского с доходом от пива, ты в пролёте. Так что у тебя должен быть вкус пива с доходом от шампанского, тогда ты добьёшься успеха, и это то, что у меня всегда было. Вы забрали это у меня, вы полностью забрали мой доход, и то, как вы это сделали, позволяет мне делать т что я должен делать, чтобы исправить это.
И я делаю еще один шаг вперед, чтобы выровнять это игровое поле, я всегда говорил: "Никогда не будь равным, не равняйся, ты либо уходишь, либо выходишь вперёд". Я собираюсь быть первым. Или, может быть, я просто поставлю вас на место. Но это будет стоить вам миллионы по сравнению с 50 000 долларов, которые вы могли бы выручить на моем аукционе. Вы могли бы выйти из этого, по сравнению с 600 000 долларов, которые я изначально просил - профессиональный риэлтор согласился со мной по поводу стоимости этой собственности и бизнеса, она стоила 595 000 долларов, она выставила собственность на продажу, она выставляла её на продажу в течение двух лет, и цена снижалась, и снижалась, и снижалась. Из-за вашего гнева, из-за вашей злобы, из-за вашей ненависти, вы не стали работать со мной. Поэтому сейчас я считаю, что должен покинуть этот мир с таким большим долгом перед вами, что он никогда не будет погашен до последнего суда. Посмотрим, сколько это будет стоить. Будет ли цена слишком велика? Возможно. Но должно же быть что-то хорошее, а на данный момент ничего хорошего нет. Мне не хватает того, что я заслужил. Все, что я хотел, это иметь то, что я заслуживаю. Вы лишили меня этого. Вы здесь думаете, что вам сошло с рук уничтожение человека, «приезжего», И вы добились своего. И это неправильно.
Это была воля людей, это не была воля Бога, это было с вашей подачи. Так что теперь, правда, с моим вкладом я возвращаюсь к вам, но вы дали мне право вернуться к вам, вы: научили меня, как поступать по отношению к ближнему, и вот так я собираюсь сделать, и вы усвоите урок, что так поступать нельзя. Я жертвую своей жизнью, своим будущим, своим жалким будущим, которое вы мне оставили, чтобы доказать вам: то, что вы сделали, было неправильно. Я знаю, этот парень газетчик, он никогда не признает это. Этот парень говорит так много лжи, это одна вещь о лжи: обычно, когда вы говорите ложь, вы должны сказать еще пять, чтобы прикрыть эту первую ложь, а затем вы должны увеличить ложь в пять раз на каждую из этих пяти, чтобы прикрыть эти пять, и это эскалация, и очень скоро всё, что вы делаете, это лжёте, и когда вы пойманы на лжи, что вы это делаете, вы говорите ещё в десять раз больше лжи, несёте чушь и выкручиваетесь из этого
Я никогда не делал этого, я никогда не мог этого сделать и не хотел этого делать. Если я был честен с людьми, прямолинеен, они знали, на чем я остановился, сделка была завершена, всё было сделано. Плохо, когда ты честен и прямолинеен, люди знают об этом и стараются пользоваться тобой. Они пользуются твоим добрым характером. Они. пользуются тем, что знают, что ты хороший парень, что ты стреляешь открыто, и что ты не станешь мстить им, когда они тебя поимели!
Что ж, ребята, большую часть времени, наверное, так оно и было. Но Бог сотворил меня, чтобы я был здесь, чтобы доказать вам: то, что вы делали Бог знает сколько лет, неправильно. Вы выбрали не того человека. Я не крутой, я не такой сильный. То, что я собираюсь сделать, превыше меня, и Бог дал мне этот покой много лет назад — два, три года назад, в том джакузи, то, что я должен сделать, я не мог сделать без Божьей помощи, это была Его сила, которая заставила меня в 51 год и в 52 года выполнить эту работу: Он делает работу в том же темпе, в котором я смогу её выполнить. И я думаю, именно! поэтому Он подарил мне отдых прошлой зимой. Я был недостаточно быстрым, у меня не было той энергии в мои 40 и 50 лет, которая была, когда мне было 30. Он подарил мне зиму, Он сказал: «Марв, ты не справишься, иди отдыхай этой зимой, играй. Но следующей весной, после подъёма на гору, ты должен это сделать, ты должен это сделать».
И вот где я был, это была моя цель, так сказать, зимовать, отдыхать, может, что-то произойдёт, что изменит моё мнение, и я полностью разберу мой МК-танк. Ничего не случилось, ребята, почему ничего не случилось? У вас была целая зима, чтобы для Марва Химайера произошло что-то хорошее. Этого не произошло, так что вот я снова там, делаю то, что должен делать, я строю мой МК-танк.
И, как я уже говорил ранее — возможно, я здесь повторяюсь, — но, возможно, Бог дал мне широкий - открытый путь в построении этого, чтобы я влетел в кирпичную стену. Если я умру через 40 секунд после того, как выйду из этого здания, если я умру в результате несчастного случая, когда кусок стали, который я поднимаю на дозер, всё же упадет, что-то выйдет из строя, ранит меня, отправит меня на больничную койку, убьёт меня, что угодно, я принимаю это. Но вы узнаете, каковы были мои намерения, потому что, по сути, это мой крайний срок - у меня были сроки, и мне приходилось их откладывать,
Сначала предполагалось, что это произойдет весной 2003 года. Потом это было отложено на месяц, я просто не успел всё сделать, это было отложено до осени, а теперь это отложено до этой весны. Вы узнаете, как я хотел научить вас, люди, тому, что то, что вы делаете - неправильно. Будут и другие вещи, которые вы осознаете, которые вы поймёте, надеюсь, и, возможно, это всё, что нужно сделать, чтобы остановить вашу жадность, ненависть, гнев, злобу к «приезжим». Это нехорошо, друзья. Я не думаю, что просто знать, что я делаю, достаточно. Я думаю, Бог благословит меня сделать машину, управлять ею, делать, что я должен делать, до определенного момента, а потом машина — либо вы сметёте меня с этих долбаных улиц, либо у меня будет сердечный приступ и я умру, потому что я весь накачан, либо машина сломается, или, может быть, она будет ехать весь день, и у меня закончится топливо, я не знаю. Позвольте сказать вам, что у меня в этой штуке много топлива.
Поэтому я стараюсь быть настолько подготовленным, насколько возможно, чтобы делать то, что, по моему мнению, должно быть сделано, то, на что вдохновил меня Бог. Посмотрим, что из этого выйдет, поскольку это определённо в руках Бога, это не в моих руках. Без сомнения, я строю это, но есть причина, по которой я успешно продолжаю этот проект. Может быть, это только для меня, может быть, меня поймают, и, может быть, я увижу, насколько это было глупо, но если я этого не сделаю - я знаю, я буду мёртв, в этом нет никаких сомнений, но я - второй капитан своей жизни, Бог - первый, я - второй, ОК? Бог куда Он привел меня. Вы пытались контролировать мох жизнь, вы пытались быть капитанами моей жизни, но вы не управляете моей жизнью, вы не определяете мой доход, вы не определяете, чего я желаю, чего я хочу, чего я заслуживаю, я определяю это, и мой. Бог определяет, не вы, люди. Люди не будут делать этого. Если они это делают, тогда вы будете их рабом, но я не раб людям. Я раб Бога, и я раб того, что Бог говорит мне, что я должен делать. Именно поэтому мы находимся там, где мы находимся. Давайте остановимся на этом.
Вы знаете, может быть, это неважно, но... у меня есть друг здесь, в Гранд Лейке, есть друг, живёт в Денвере, имеет собственность здесь, его зовут Кёртис Райт. Я знаю его около трёх лет. Отличный парень, он из Айовы. Этот парень ушел от плохой сделки там, В Миннесоте, я думаю, у него был партнер, который кинул его на большие деньги, и он говорит мне, что думал об этом довольно долго и рассудил так, что он заслуживает, чтобы его кинули, и что ему нужно перестать думать о своих врагах и о том, что они ему сделали, ему нужно думать о своих друзьях, и вот почему он живёт сегодня, он живёт для своих друзей.
Что ж‚ это утешает его, и это хорошо, но я твёрдо уверен, что однажды он пожалеет, что не предпринял какие-то действия, чтобы... возместить то, что он потерял в Миннесоте. Он может выбросить это из головы до конца своих дней, но я знаю, что это повлияло на этого человека самым негативным образом. Это причинило ему боль, это в значительной. степени убило его дух. Этот человек, он чертовски хороший борец, боролся за "Глаза Ястреба", я не знаю, он боролся за какую-то команду Айовы, он ненавидит, когда я ошибаюсь. В любом случае, он хороший борец, у него было много воли и много сил, и он был победителем, и когда он проиграл там, в Миннесоте, тому парню, в основном, я думаю, он ушёл из компании, и парень избавился от него, а через некоторое время после этого продал бизнес за огромную сумму. И Кёртис потерял всё это. Что ж, я думаю, Кёртис должен был получить удар ещё сильнее, чтобы дойти до точки, когда он скажет: «Довольно. Я избит до такой степени, что не могу больше этого терпеть».
Поверьте мне, я был бит в моей жизни. Я потерял большее состояние, чем у меня есть, без сомнения. Но не думаю, что что Бог планировал это для меня. Я думаю, Бог ожидал, что я получу это, и Он ожидает, что я сделаю что-то с теми, кто помешал мне получить это, получить то, что я заслужил.
Что ж, я получу то, что заслуживаю, пытаясь восстановить справедливость, пытаясь сделать все правильно. Я получу то, что заслуживаю. Но я не боюсь смерти. Это другое дело: в одном фильме, который я смотрел, говорилось, что есть много вещей, которые будут разведать душу и сердце мужчины гораздо хуже смерти. И это будет грызть меня до конца моих дней, и я не буду жить с этим. Я могу умереть с этим, но я не могу жить с этим. Я потерял 57 000 долларов в середине 1980-х годов в городе Топонас на афере с недвижимостью, когда риэлтор разработал схему, по которой выдавал ипотечные кредиты, а корпорация продавала эти участки, и через столько-то лет они разорялись, и мы, покупатели, платили окружному комиссару округа Раут, его звали Визинтайнер, столько-то тысяч долларов, он зарабатывал тысячи долларов на комиссионных за недвижимость, и все выходили из этого в выигрыше, кроме владельцев земли. И когда мы, наконец, потеряли всё - нас было 12 человек, я полагаю, в группе, которая всё ещё владела: землей из более чем 100 участков, которые были проданы за этот восьмилетний или десятилетний период, большинство людей отказались от своей мечты иметь этот участок 40 акров, и они позволили конфисковать землю ранее. Мы были достаточно наивны, верили, что экономика наконец-то повернулась лицом к нам, и всё пойдёт своим чередом. МЫ не понимали, что это было легальное мошенничество, и нас было 12 человек, мы пошли и встретились с «Франц-Скона», адвокатами в Боулдере, мы провели день с этим парнем, заплатили ему 1500 долларов за эту встречу, и он сказал нам, что он ничего не может сделать из-за того, как всё было устроено. То, что они сделали, было законно, но. это называлось конфискацией акций, и суд не одобрял этого. Но если бы мы обратились в суд, это стоило бы нам 30 000 долларов, и мы всё равно бы проиграли.
Хорошо, я ушёл от этой сделки. Я полагаю, что было ещё два человека, которые были достаточно близки к тому, чтобы их убытки были погашены, они заплатили и получили свои 40 акров, но остальные из нас не были способны сделать это. Так что я отказался от этого, это был убыток в размере 57 000 долларов. И я списал это на свои налоги, и Я, вероятно, получил назад, я не знаю, 15 000 долларов, 18 000 долларов, когда мне не нужно было платить налоги, но всё это было неправильно. У меня был партнёр, мой первый партнёр в бизнесе по ремонту глушителей, он обошёлся мне более чем в 10 000 долларов, первая купленная мной франшиза обанкротилась через четыре месяца после того, как я заплатил за неё. Это был убыток в размере 10 000 долларов. Недвижимость, которую я купил, жилой комплекс, я владел этой чёртовой штукой два с половиной года, три года, не помню. Поверил этому риэлтору, который ходил в ту же Христианскую Реформатскую Церковь, которую я посещал, я доверял этому человеку - неправильно, Марв, неправильно, никогда не доверяй человеку вообще, доверяй Богу и доверяй себе, но не доверяй другому человеку. Или просто - не доверяй. Мне пришлось учиться этому тяжёлым путём. Я не понёс убытков на этом жилом комплексе - на самом деле я, вероятно, потерял деньги, но я хочу сказать себе, что не понёс убытков, таким образом я не чувствую себя плохо из-за этого, - но если бы у меня были все деньги, которые я потерял, я был бы мульти - мультимиллионер. Я не понимаю этого, я тупой человек, я знаю, что я тупой человек, я не такой. находчивый, как некоторые, я не такой пронырливый, как некоторые, я не знаю, но это основы Америки! Я больше не знаю, что такое основы Америки.
В общем, меня много раз кидали, и я уходил от этого, говорил, что мне это не нужно: так, как было с этим парнем в Боулдере. Он перестал платить мне в ноябре прошлого года. Ок ушёл и остался должен мне 130 000 долларов. Налоговая служба конфисковала его дом, хотели конфисковать бизнес, но, к счастью, у меня была регистрация UCC (Единый торговый кодекс). Они не забрали оборудование. И что я делаю? Я продаю всё за $25 000, именно такую цену я получил, и хорошая семья получит этот бизнес, он улучшит их будущее... Я счастлив сделать это, продав его им за $25 000. Если отять эти деньги от $130 000, которые этот Даг Дэвис всё ещё должен мне, то он должен мне $105 000. Я ухожу от этого. Я не собираюсь его преследовать. Я не собираюсь искать его отца и стрелять в него, я не собираюсь стрелять в Дага Дэвиса, я не собираюсь стрелять в его детей. Хотел бы я, чтобы была такая возможность в ближайшие 60 дней, 50 дней, что бы. это ни было. Я мог бы это сделать, у меня есть средства это сделать. Но я не думаю, что это произойдёт.
Если бы у меня были все деньги, которые я потерял, да, я был бы очень богатым человеком. Но в этом проблема. Из-за того, что у меня добрый характер, или из-за того, что я трус, я не преследую этих людей? Что это, я не совсем уверен. Я из кожи вон лез, чтобы помочь этому парню в Боулдере выкарабкаться. У него было семь лет. Как можно! потерпеть неудачу после семи лет? Я скажу вам, как можно потерпеть неудачу. Наркотики. Алкоголь. Проститутки. Завышенная самооценка. Я не знаю. Есть много разных путей, вот почему этот парень потерпел неудачу. Он украл часть моего оборудования, он должен людям деньги, он оставил после себя грязь и беспорядок: это. зло возвратится к нему, если уже не возвратилось: у парня была такая жалкая жизнь! Но: вернёмся ко мне: у меня была идеальная жизнь до 1999 года, когда я узнал, что Томпсоны сделали со мной в 1992-м. И я не собираюсь это терпеть. Я использую ресурсы, которые у меня есть, возможности, которые у меня есть, способности, которые у меня есть, знания, которые у меня есть, чтобы всё это исправить. Я не уйду от этого. Может быть, я поступаю как трус, потому что, без сомнения, я делаю то же, что и вы: я лгу, я скрываюсь, я держу веши в секрете. И это произойдёт, и я считаю, что вы были трусами, когда имели: дело со мной все 10 лет, что я был в Грэнби, вы были трусами, потому что не могли: прийти ко мне и сказать: «Марв, мы хотим, чтобы ты убирался вон из города, мы ненавидим тебя, мы ненавидим FDIC мы ненавидим, что ты получил выгоду из действий FDIC, нашего несчастья и нашей глупости», НО ни у кого из вас не хватило смелости сделать это. Но вы все ополчились против меня.
Что ж... Я собираюсь справиться с вами в одиночку. Это единственный способ, который я знаю, чтобы это сделать. Я буду мёртв, когда всё закончится, но таково моё убеждение. И для людей, которые слышат это, которые могут вынести, слушая это: пожалуйста, молитесь за меня, молитесь за мою душу, я верю, что я поступаю правильно. Я не думаю, что Бог позволил бы мне зайти так далеко, если бы это было неправильно, я не думаю, что Бог дал бы мне ту успешную жизнь, которая у меня была, - я называю ее успешной, хотя большую часть своей жизни я был очень бедным человеком, - но если говорить о том, кем я был и чем я был, я думаю, что я был очень богатым человеком. И я благодарен Богу за то, что Он дал мне эту жизнь и дал мне то, что у меня было - я имею в виду, без сомнения, я шёл на жертвы, у меня не было жены, у меня не было семьи, - но Бог создал меня таким не просто так, и мы сегодня здесь, и я собираюсь нести этот крест. Я собираюсь исполнить ту задачу, ради которой Он создал меня. Хорошо, я снова остановлюсь.
ОК, я вернулся, сейчас 10:27 вечера 13 апреля. Я надеюсь, что жители Грэнби усвоят урок, что.... то, как вы наказывали меня в течение тех лет, что я был там внизу, как вы наказывали меня, это по большей части превратило меня в отчаявшегося человека. А отчаявшийся человек обыкновенно совершает отчаянные поступки, чтобы вернуть. утраченное.
И для примера: я хочу использовать здесь природу в качестве примера. В природе волки, койоты и все хищные животные имеют свою территорию, у них есть свои сторонники, и в природе даже животное будет бороться, чтобы защитить - я должен сказать, некоторые, некоторые из них - как они называются? «отцы-бездельники», - но просто посмотрите на мать: она будет бороться, чтобы защитить своих детенышей, и она будет защищать свою территорию. И самец, самец обязательно будет защищать свою территорию. Если он этого не сделает, он будет захвачен. Если даже животное поступает так, то почему так не поступает мужчина? Вас привело в отчаяние то, что я купил эту собственность? Не может быть. Моя покупка этой собственности не должна была оказать на вас никакого влияния. Вы должны были понять, что это было, и жить дальше. Но это сделало вас злыми и исполненными ненависти, и вы пришли за мной. И я пытался, я пытался защитить свою собственность, защитить мир и покой этого зонирования, зонирования соседей, того, что они делали.
Парень из «Брокен Эрроу» <владелец отеля «Сломанная стрела» > - я знаю, этот парень был подкуплен, это слишком очевидно: новое здание, которое он получил от Коди, пока шёл процесс - не говорите мне, что там не было сделки. Конечно, Коди отдал бы то же здание кому-то другому за ту же цену, которую он заплатил за него, но это небольшая цена за то, чтобы Коди добился своего. Всё это полная чушь. Почему они получили сервитуты, а я нет? Из-за злого умысла и ненависти. Почему я так безуспешно защищал свою собственность? Потому что вам, людям, нужно было преподать урок. Вы всё это время думали, что я - тот человек, которому нужно преподать урок. Вы собрались. показать мне, как это работает в Грэнби, Колорадо, как работает реальный мир. Люди, вы так ошибаетесь насчет реального мира. Я жил, я уходил от того, что вы делали со мной, не в тех же масштабах, что вы делали со мной в меньших масштабах, я уходил от этого много раз, смеялся над вами, смеялся над людьми, которые так поступали со мной, потому что, вы знаете, это вернётся и будет преследовать их так или иначе. На этот раз я не уйду от этого. Реальный мир вернётся и ударит вас по лицу так, как вас никогда не били раньше. И, возможно, это заставит вас задуматься: в следующий раз, через поколение, когда вы начнете на**ывать «приезжих», когда вы начнете на**ывать... (лента обрывается).

Хорошо, пришлось перевернуть кассету. Когда вы начинаете на**ывать кого-то, кто пытается сделать что-то хорошее в этом районе, в этом сообществе, но это против вашего желания и вашей воли, может быть, то, что произойдёт здесь в этом 2004 году, летом 2004 года, - может быть, вы вспомните это. В начале 1900-х или в конце 1800-х годов здесь, В Гранд-Лейке, погибли четыре человека из-за того, где должно быть здание окружного! суда: здесь, в Гранд-Лейке или в Хот-Сулфур-Спринге. Я не знаю, сколько лет люди помнят этот инцидент, но они всё ещё говорят об этом. С какой целью погибли все эти: люди, я действительно не знаю. Но похоже, что это повторяется снова, и снова, и снова в человеческой природе: мы убиваем друг друга, чтобы следующее поколение смотрело на вещи иначе. Где они откроют свой разум и будут открыты для идей других людей. Это цикл.
Я хорошо понимаю, Бог говорит, что цикл должен повториться. Надеюсь, он продлится: дольше. Может быть, он продлится не так долго, я не знаю. Вам, людям, не нужно было меня ничему учить. Все то дерьмо, что вы сделали со мной, было сделано со мной раньше, в гораздо меньших масштабах. Я знаю, что мне не следовало давать вам преимущество. Я должен был понять, что люди в конечном итоге коррумпированы. Но я этого не понял. Мне придётся умереть с этим, потому что, говорю я вам, я не буду жить с этим.
Сейчас около 10:52 15 апреля, вечер, это просто ещё один пример того, насколько я забывчив, насколько я несобран, я сидел здесь и записывал эту кассету сегодня, желая, чтобы документы были передо мной - всё это время они были здесь, у меня в компьютере, так что я собираюсь поднять некоторые из них и просмотреть некоторые вещи - у меня осталась запись с четвертью - и затем я собираюсь покончить с этим.
Ясно, что я так и не вытащил эти документы из компьютера, я понятия не имею, что я говорил, я больше не могу тратить время на это дерьмо. Я думаю, моё последнее замечание заключается в том, что, если бы санитарный совет в 1992 году не влез в мой бизнес: Томпсоны, кто бы это ни был, Дик Томпсон, Рон Томпсон, Ларри Томпсон, Рэнди, Шмак, Бал Уилсон, я не уверен, кто ещё вовлечён, но они сунули свои грязные вонючие пальцы в мой бизнес, и они сделали это со злым умыслом, а они не должны были делать этого. Ненависть порождает ненависть. Если бы они не вмешались в мой бизнес в 1992 году, я бы сдал в аренду, возможно, в 93-м, а не в 94-м, мои помещения, которые в то время были только постройкой для хранения лодок, но могли быть легко переоборудованы под аренду. Они просто разрушили жизнь хорошего человека, разрушили жизнь многих людей, но это их стиль, это то, что работает на них, это их единственный способ остаться на вершине, они не могут играть на равных, они должны стараться держать людей внизу. И это нормально. Надеюсь, они будут учиться на своих. ошибках. Некоторые из них умерли: Дик Томпсон, Рон Томпсон, девочка Дочеффых, сын Диджея к северу от меня. Я не знаю, сколько ещё людей было вовлечено в это, они, возможно, тоже мертвы. Они заслужили это. Они ушли слишком мирно, насколько я понимаю. В любом случае, в этой записи, вероятно, много эмоций, и те, кто её слушает, должны это понять и принять. В любом случае, я надеюсь, что вы все отлично проведёте время, и у вас будет хорошая жизнь, у меня была отличная жизнь, и сегодня утро субботы, 22 мая 2004 года, и я собираюсь положить эти кассеты и магнитофон в пластиковый. пакет, а кто-нибудь другой может попытаться разобраться в этом. Увидимся позже.
Аудпозаписи Марвина Химайера, завершение.

Марвин Химайер: 12 сентября, 7:00 <2000 год, заседание комиссии округа Гранд (?) > Голос 1: (неразборчиво)... Я впервые слышу о том, что Грэиби... Позвольте мне напомнить вам, что речь идет об окончательной резолюции относительно уточнения и статуса индустриального парка Грэнби Вест. Позвольте мне дать вам небольшую предысторию: (Дэйв?), Скотти и я.... вся информация, которой мы располагаем, а она довольно. значительна... в протоколе мы нашли эту информацию, которая точно соответствует: стандартам эскизного плана. Были некоторые письменные и графические недостатки, которые были указаны в приложении А, чтобы соответствовать требованиям... указанным вам в экспонате А в резолюции.
Голос 2: Как бы в качестве предыстории, была некоторая путаница, я полагаю... Во первых, была некоторая путаница между заявителем и противником этого заявления в отношении того, на какой стадии процесса оно находится. И еще одна вещь, которая произошла, была презентация оппонентов, а затем позже одна презентация заявителей против города, и мы разрешили это. Городской совет... записи... я вернулся и просмотрел ваш процесс, а персонал... просмотрел, на какой стадии процесса он находился. В результате этой встречи и обсуждения с городским советом, я думаю, что резолюция 2000-9-12В... моя рекомендация состоит в том, чтобы совет принял резолюцию 2000-9-12В. Эта резолюция, по сути, признает наличие заявки, уточняет, что поданная заявка достаточна для удовлетворения эскизного плана, и теперь она находится на стадии предварительного плана, который, как вы помните, имеет три стадии для любого заявления: эскизный план, предварительный план и окончательный план... Если и предварительный план, и окончательный план... окружная комиссия и совет попечителей. так, чтобы уточнить, на какой стадии вы находитесь... на стадии предварительного плана, необходимо перечислить некоторые пункты - эти пункты перечислены в приложении А к резолюции. В резолюции, по сути, говорится, что как только эти пункты будут выполнены, тогда городской персонал... комиссия по планированию.... стадия предварительного плана... стадия окончательного плана, вот что делает резолюция. Есть. вопросы у совета?
(голоса, неразборчиво)
Голос: Я думаю, что мы выяснили, и поправьте меня, если я ошибаюсь, Скотти: предварительный план - это то, что мы должны доработать, предварительный план - это фактически часть процесса перезонирования? Так что если предварительный план будет утвержден, то окончательный план - это больше административная мера... То есть, утвердив предварительный план, вы не сможете вернуться к окончательному и сказать: "Нет, я передумал, это не подходит"?
Голос: До тех пор, пока окончательный план работает с предварительным планом... (неразборчиво)
Голос: У нас есть встреча, чтобы опросить... эта резолюция.
Голос: Вы все слышали заявления? Желает ли кто-о из аудитории выступить в этот момент? Насколько я понимаю, сегодня вечером никаких действий предприниматься не будет. Мистер Дейли?
Мистер Дейли. Кто хотел бы получить копию резолюции сегодня вечером? (неразборчиво)
Голое: Вот резолюция, сэр.
Голос: ...Хорошо.
Голос: Есть ли... У меня есть трудности в четвертый вторник. Можно ли как-то перенести это на две недели позже? Я не знаю, вы собираетесь, ребята, раз в месяц или два раза в месяц.
Голос: Обычно мы встречаемся раз в месяц... Есть такое желание правления?
Голос: У меня трудности со вторником, и, очевидно, это будет очень важная встреча, поэтому я благодарен совету за внимание,
Голос: Кто-нибудь ещё? Мистер Химайер?
Марвин Химайер: Могу ли я также получить копию этой резолюции?.
Голос: Конечно.
(неразборчиво)
Голос: 10 октября.
Голос: Спасибо.
Голое: : Я хотел бы предложить перенести рассмотрение этого вопроса на следующее: очередное заседание совета.
Члены совета: Предложение принято. Поддерживаю. За.
Голое: Принято.
(Марвин разговаривает с юной леди)
Марвин Химайер (отвечает): Это хорошо.
(юная леди шепчет)
(кассета обрывается)