Хилл Джо - Рога [Валентин Кузнецов, 2022, 128 kbps, MP3]

То, что за псевдонимом Джо Хилла скрывается сын Стивена Кинга, ни для кого уже давно не секрет. Конечно, всемирная слава отца могла повлиять на продажи книг сына, но только поначалу. А начало — сборник «Призраки ХХ века» и роман «Коробка в форме сердца» — ясно доказало: появился ещё один интересный и талантливый писатель.
От «Рогов» ждали многого — и, на мой взгляд, ожидания эти Хилл оправдал с лихвой. Так, наверное, писал бы его отец, если бы сбросил три десятка лет. Начало книги — шокирующее, кого- то оно может даже оттолкнуть. Иг Перриш полон ненависти, злобы, отвращения к себе и к другим. Очень скоро он выясняет, что рога провоцируют людей на откровенность, срабатывая почище «сыворотки правды». Девушка, с которой Иг живёт в последнее время, признаётся, что вчера была с другим, отец — что верит, будто именно Иг убил Меррин, мать — что ненавидит Ига... Рога «пронзают» до самого нутра, помогают добраться до того, что скрыто за фасадом ежедневных улыбок.
И мир начинает рушиться вокруг героя: все отношения иллюзорны, везде ложь, лицемерие, низменные страсти. Те, кому он доверял, годами лгали ему. В этой части мизантропия автора достигает предельных величин, и начинает казаться, что перед нами этакая психологическая чернуха, по сравнению с которой Фёдор Михайлович — воплощение оптимизма. Прикоснувшись к человеку, Иг узнаёт о всех его страстишках, пороках, грешках. Видит ту самую «волосатую обезьяну», что сидит в каждом из нас.
Тем неожиданнее вторая часть, где мы видим Ига ещё тинейджером — добрым, непосредственным, наивным, в какой-то мере «идеальным». У Хилла действительно есть талант, и писатель умело, тонко показывает изнутри психологию подростка, мир детства. Эти страницы поневоле сравниваешь с многочисленными романами того же Стивена Кинга.
Вот так, на тезисе и антитезисе, Хилл выстраивает всю книгу. Ошибочным было бы считать, что в основе интриги — вопрос о том, кто убил Меррин; мы узнаем об этом довольно быстро. Хилл использует излюбленный приём своего отца: суть не в том, кто, интрига заключается в том, как и почему это произошло. Каждое событие имеет второе и третье дно — и чем длиннее рога у Ига, тем глубже он погружается в суть вещей.
В какой-то момент он даже начинает понимать, что грешки и страстишки близких — ил, который он всколыхнул; под ними кроется другое. Каждый из нас действительно носит в себе «волосатую обезьяну», и вся суть в том, чтобы уметь её усмирять, пересиливать.
Хилл использует узнаваемую христианскую символику, однако делает это скорее с позиций фольклориста, а не искренне верующего. Дьявол для него — в первую очередь «часть той силы, что вечно хочет зла, но совершает благо». Рога — это дар, с помощью которого можно подталкивать людей к тем или иным решениям, прозревать самую суть их поступков, — но от Ига зависит, к чему именно они подтолкнут. Иг — парень с ранимой и хрупкой душой, превратившийся в дьявола. Потому что был слишком «ангельским», наивным? Или потому, что таких глубоких потрясений не выдержал бы ни один, даже самый закалённый циник?
И если одна из пар противоположностей — Иг-тогдашний и Иг-нынешний, то другая, не столь очевидная русскоязычному читателю, — Иг и его брат Терри. Дело в том, что Терри во многом анти-Иг: он бездеятелен, иногда труслив, заботится о том, чтобы не потерять лицо. Терри даже обладает этакими «антирогами» — трубой. В английском оба слова пишутся одинаково; более того, если рога — символ сатаны, то труба — символ ангела. Недаром же в Древесной Хижине Разума, этом маленьком, «карманном» раю, Иг с Меррин когда-то нашли несколько фигурок, символизирующих главных героев романа, — в том числе трубящего ангела. Увы, суд земной придётся вершить не ангелу, а дьяволу с вилами. Может, ещё и потому, что в мире романа бог — нечто запредельное и абстрактное, не влияющее непосредственно на ход событий.
И вот тут, в общем-то, Хилл мог снова скатиться в чернуху и мизантропию, но удержался. «Рога» написаны с чёткой этической позицией и положительным посылом (хотя в последнем немало горьких, стоических ноток). Злодей, разумеется, будет наказан — и будут, каждый по- своему, наказаны другие; каждый получит свой урок. Иг — в том числе, потому что и он совершил ошибку, которая привела к смерти любимой. Свобода воли, по Хиллу, никем не отменена. Но свобода воли означает то, что ты берёшь на себя ответственность за свои поступки — и в конце концов платишь по счетам. Иногда с адскими процентами.
Итог: Один из лучших переводных романов минувшего года, увлекательный, тяжелый, взрослый, с горьким и светлым финалом.

У Игнациуса Перриша всё складывалось замечательно — сын богатых родителей, он вёл праведную жизнь: заботился о бедных, ходил в церковь, работал в организации по защите прав человека. У Ига были любящие родители, верные друзья, блестящие перспективы и прекрасная девушка, с которой он планировал жить долго и счастливо. Только однажды он допустил ошибку, из-за которой любимую изнасиловали и убили, а обвинили в этом его самого. Правда, впоследствии отпустили за недостаточностью улик, но в глазах родного города Иг навсегда стал убийцей. Прошёл год. От прежнего пай-мальчика почти ничего не осталось, и однажды утром Иг проснулся с тяжёлым похмельем и увидел, что на голове у него выросли рога, а вместе с ними появилась способность узнавать самые сокровенные, постыдные и страшные секреты окружающих...
Второй изданный роман Джо Хилла — вещь странная, несовершенная, но уникальная в своём роде. Вступая на зыбкую почву поджанра «христианского хоррора», рассказывая историю о буквальном превращении праведника в демона, Хилл умудряется создать органичное, пусть и несколько нестройное произведение, при этом не скатываясь в прямое морализаторство и сохраняя максимальную объективность в изображении персонажей.
Превратившись во всемогущего, неуязвимого демона, способного заставить людей пойти на поводу их тайных желаний, Иг Перрищ разумом остаётся человеком, на собственном опыте познавая границы добра и зла. Правда, как и в случае со всеми романами такого рода, оправдание Бога получилось довольно сомнительным, а вот отдельные элементы взаимоотношений с Дьяволом на редкость убедительны.
В первой же части романа под характерным названием «Ад» Хилл выдаёт такой накал страстей и подводит к таким выводам, на которые его отец никогда не мог решиться. Ведь у Стивена Кинга зло выходит из людей под воздействием каких-то внешних обстоятельств, если только герой изначально не законченный маньяк. Хилл же описывает обыкновенный мир, где люди постоянно живут со своими грехами, отвратительными желаниями, больными фантазиями, и от них никуда не деться. «Рога» — размышление о природе зла. Тем интереснее то, как автор подводит главного героя к мысли, что грехи и запретные желания есть у каждого, но люди от них хуже или лучше не становятся. Хилл избегает извечного соблазна авторов, специализирующихся на «скелетах в шкафу»: изобразить всех жителей города как скрытых извращенцев. Здесь всё проще: людей обуревают вполне обыденные страсти, правда, «читающему» их герою легче от этого не становится. Определённые же психологические и сексуальные отклонения выглядят на общем фоне даже безобидно. В «Рогах» царит амбивалентность, здесь нет чёрно-белого взгляда на мир. Тот же главный герой, краткое описание характера которого может показаться чуть ли не приторным, изображён убедительно и полнокровно. Даже наличие полюсов — положительного в лице Меррин, погибшей любимой Ига, и отрицательного в виде её убийцы, не упрощает картину. Даже в крайних проявлениях положительного и отрицательного Хилл не удовлетворяется традиционными схемами, ведь благие намерения Меррин в конечном итоге привели Ига в ад, а антагонист не несёт на себе черт какого-то инфернального зла, будучи вполне обыкновенным социопатом.
Однако, несмотря на все плюсы романа, увы, до шедевра ему далеко. Хилла заворожил сюжет о мести, но сведение повествования лишь к этому кажется профанацией идеи, которая могла быть куда масштабнее. Виноватого здесь узнают уже в конце первой части, а несколько флэшбеков дня убийства Меррин с трёх разных точек зрения серьёзно тормозят повествование. К тому же Хиллу явно не удаются боевые сцены: они получаются у него неуклюжими, сбивчивыми, а финальная схватка так и вовсе обескураживает глупостью всех участвующих.
«Рога» — вообще неровное произведение с точки зрения композиции. Периодические экскурсы в прошлое персонажей хоть и ценны (позволяют увидеть зарождение будущего конфликта), но тем не менее избыточны. Особенно это заметно, когда после взрывной первой части Хилл всю вторую посвящает воспоминаниям о детстве Ига, не чувствуя, насколько этот рассказ сбивает ритм повествования в целом. А иногда писателю изменяет чувство меры, особенно когда — ближе к финалу — начинается навязчивое использование христианских символов. Право слово, послание Господа в тени креста выглядит глупо, в то время как традиционные символы дьявола (рога, трезубец, пламя из ноздрей) обыграны тонко, с юмором и в контексте романа смотрятся вполне естественно.
Итог: неровный, но запоминающийся и интересный роман. Правда, мастерски выписывая отдельные эпизоды, Хилл не может выстроить чёткий сюжетный каркас. Но внимание к деталям и неоднозначность создаваемых характеров компенсируют многие недостатки. «Рога» не забываются и не отпускают, их можно прочитать как оригинальный мистический триллер либо как исследование о природе зла, которым часто оказывается высказанная в лицо правда.