Wagner - Die Meistersinger von Nurnberg - Вагнер - Нюрнбергские майстерзингеры (Otto Schenk - Отто Шенк) [2005, опера, TVRip]

Первый набросок текста «Мейстерзингеров» относится к 1845 году. Замысел был подсказан только что законченной оперой «Тангейзер»: это должна была быть своеобразная комедийная параллель к состязанию певцов в Вартбурге. В центре обоих произведений — певческий турнир, в котором наградой победителю служит рука прекрасной девушки. Но если в «Тангейзере» право на любовь красавицы оспаривали рыцари-миннезингеры, то в «Мейстерзингерах» — ремесленники-горожане, «мастера пений». Работа над «Мейстерзингерами» началась лишь в декабре 1861 года и продолжалась несколько лет; опера была закончена в октябре 1867 года. Премьера ее состоялась 21 июня 1868 года в Мюнхене.
При создании либретто «Мейстерзингеров» композитор использовал различные источники. Сведения о жизненном укладе и правилах поэтического искусства цеха (объединения) мастеров пения средневекового Нюрнбернга Вагнер почерпнул из старинной нюрнбергской хроники 1697 года, вдохновившей до него немецкого романтика Э. Т. А. Гофмана на создание новеллы «Мастер Мартин-бочар и его подмастерья»; отдельные детали этой новеллы также послужили материалом для либретто. Рисуя историческую фигуру поэта-башмачника Ганса Закса (1494—1576), Вагнер пользовался его сочинениями, широко известными в Германии (после длительного забвения их заново открыл Гете, посвятивший Заксу одно из своих стихотворений). Вагнер не первый вывел Закса на сцене — о нем были написаны и пьесы и оперы. Непосредственной предшественницей вагнеровских «Мейстерзингеров» явилась опера популярного в свое время композитора А. Лорцинга «Ганс Закс, или Мейстерзингеры» (1840). Некоторые сюжетные положения были заимствованы из другой оперы Лорцинга — «Оружейник» (1846).
В то же время в литературном тексте «Мейстерзингеров» отразились и некоторые автобиографические моменты. В скорбных философских раздумьях Закса, несколько неожиданных в устах средневекового народного поэта, звучат собственные мысли Вагнера. В образе Вальтера Штольцинга, пылкого романтического художника, чье искусство дерзко разрушает привычную рутину, вызывая страх и возмущение ученых хранителей старины, нетрудно увидеть поэтическое воплощение судьбы самого композитора, а в сатирической фигуре глупого и самодовольного Бекмессера — признанного судьи на состязании «мастеров пения» — его врагов, недалеких и консервативных критиков.
За 20 лет, прошедших с момента зарождения, замысел «Мейстерзингеров» претерпел значительные изменения. Образ Закса — этого, по выражению Вагнера, последнего представителя творческого духа немецкого народа — стал более сложным; в его уста вложен трагический монолог о несчастьях и безумии, царящих в мире. Одновременно получили развитие народные бытовые картины, занявшие в окончательном варианте значительное место (в частности, написана великолепная по своей реалистичности сцена ночной драки). Комическая опера стала величественным произведением о жизни народа, о его могучем, всепобеждающем искусстве.

Церковь святой Екатерины в Нюрнберге. Молодой рыцарь Вальтер Штольцинг признается в любви красавице Еве, дочери богатого мастера Погнера. Ева отвечает ему взаимностью, но она не располагает своей судьбой: отец решил выдать ее замуж за победителя на традиционном состязании певцов, которое каждый год происходит на берегу Пегница, в окрестностях Нюрнберга. Узнав об этом, Вальтер просит мастеров принять его в свой цех. Он готов подвергнуться испытанию, чтобы завтра вместе с нюрнбергскими певцами оспаривать руку Евы. Не только почтенные мастера, но и ученик башмачника Закса Давид поражен дерзостью рыцаря — не зная тонов, рифм и форм, не изучив правил, не пройдя школы пения, он хочет сразу стать мейстерзингером! Городской писарь Бекмессер, втайне также мечтающий о Еве, берется исполнять должность метчика — отмечать мелом на доске ошибки певца. Не думая ни об уставе, ни о правилах, Вальтер вдохновенно воспевает весну, пробуждающую от зимнего сна природу, рождающую в душе поэта любовь и песни. Возмущенный Бекмессер прерывает его, показывая исчерченную мелом доску. Закс безуспешно призывает дослушать песню рыцаря: все мейстерзингеры поддерживают метчика и обрушиваются на дерзкого певца. Не обращая внимания на возмущение мастеров, Вальтер заканчивает свою песню и гордо покидает собрание мейстерзингеров.
Улица. Ясный летний вечер. Закс вспоминает взволновавшие его смелые и необычные напевы Вальтера. Старый мастер с тревогой думает о том, как решится завтра судьба Евы. Он давно любит Еву, которую еще ребенком носил на руках, но не признается в этом даже самому себе. Ему нетрудно было бы победить на состязании, однако Закс не уверен в ответном чувстве девушки. Увидев Еву, он притворно возмущается самоуверенным рыцарем, нарушившим старые, незыблемые правила певческого искусства. Гнев Евы выдает ее. Спускается ночь; на опустевших улицах звучит рог ночного сторожа. Вальтер настойчиво убеждает Еву бежать: никогда тупые и косные мастера не присудят ему победы, не признают его поэтического искусства. Издалека доносятся звуки лютни — это Бекмессер накануне состязания хочет завоевать сердце Евы. Он уверен в своем успехе — кто лучше его знает все правила мейстерзанга! — но сомневается в благосклонности девушки: она молода, а ему под пятьдесят. Вместо Евы в окне показывается переодетая в ее платье кормилица Магдалена. Бекмессер начинает свою серенаду. В это время Закс, громко стуча молотком, затягивает песню о прародительнице Еве, изгнанной из рая. Пение вызывает гнев Бекмессера, но Закс не умолкает — ему надо работать, ведь он не только певец, но и сапожник. Наконец Закс соглашается исполнить роль метчика, отмечая ошибки Бекмессера ударами сапожного молотка. Ошибок так много, что Закс успевает раньше закончить башмаки, чем Бекмессер серенаду. Нелепая песня Бекмессера разбудила Давида. Увидев в окне дома Погнера свою невесту Магдалену, он набрасывается на непрошенного певца, считая его своим соперником. Шум драки привлекает внимание соседей. На улицу выскакивают полуодетые горожане, с криком и ругательствами набрасываясь в темноте друг на друга. Женщины пытаются утихомирить своих отцов и мужей, разливая дерущихся водой, но это еще больше увеличивает суматоху. Внезапно раздается рог ночного сторожа, призывающий горожан ко сну. Привычный звук заставляет всех опомниться. Драка прекращается так же внезапно, как и началась. Закс уводит Вальтера к себе. Площадь быстро пустеет, лишь песня ночного сторожа разносится по безлюдным улицам.
Комната в доме Закса. Мастер погружен в глубокие раздумья о царящем в мире безумии, о тщетности надежд, о собственной неудавшейся жизни: его жена и дети умерли, Ева любит другого, — ему остается лишь суровое самоотречение. Но несчастья не сломили Закса, не ожесточили его душу — он будет помогать людям, вдохновлять их своим искусством. Давид, ожидавший нагоняя за ночную потасовку, поражен переменой, происшедшей в обычно вспыльчивом и резком мастере: тот похвалил его шутливую песню, приготовленную к празднику, и пожелал счастья с Магдаленой. Появляется Вальтер. Закс терпеливо убеждает гордого, пылкого юношу в необходимости учиться мастерству, уважать старые народные традиции, возникшие из самой жизни; только те творения искусства долговечны в которых вдохновенный порыв гармонично сочетается со зрелым мастерством. Благодарный Вальтер поет песню о чудесном сне — о встрече с возлюбленной в райском саду, — с этой песней он выступит на состязании певцов. Готовится к состязанию и появившийся в доме Закса Бекмессер, хотя после ночной потасовки он еле двигается и ни одна новая песня не приходит ему в голову. Заметив на столе листок со словами песни Вальтера, записанными рукой Закса, Бекмессер быстро прячет его в карман. Закс, лукаво усмехаясь, дарит Бекмессеру украденные стихи, но предупреждает, что спеть их нелегко. Однако Бекмессер не сомневается в победе: если Закс не будет выступать, у него нет соперников. Довольный Бекмессер отправляется на состязание. А Закс, пытаясь шуткой скрыть печаль, соединяет руки Вальтера и Евы, которая со слезами благодарит старого мастера. На радостях он совершает комический обряд посвящения Давида в подмастерья, вызывая честолюбивые мечты Магдалены, — она видит себя уже женой мастера пения.
Широкий луг на берегу Пегница. На певческое состязание собираются мастера различных цехов. Празднично одетые, с развевающимися знаменами, восхваляя достоинства своего ремесла, идут башмачники, городские сторожа и музыканты, портные и пекари. Ученики затевают веселый танец с девушками. Народ радостно приветствует Ганса Закса. Начинается состязание певцов. Первым выступает Бекмессер. Он не успел затвердить украденные стихи и ничего не понял в них. Под общий смех Бекмессер поет невообразимую чепуху и, посрамленный, убегает, обвиняя Закса в обмане. Тогда из толпы выходит Вальтер. Ободренный улыбкой Евы и вниманием народа, он вдохновенно поет сочиненную им у Закса песню, украшая ее новыми вариантами. Вальтер единодушно признан победителем: он получает венок и руку Евы. Все с восторгом подхватывают призыв Закса — хранить верность славным традициям национального искусства.

«Мейстерзингеры» — единственная из зрелых опер Вагнера, написанная на историко-бытовой сюжет. Колоритные картины средневекового города, его своеобразной жизни и обычаев занимают здесь большое место. Отношения действующих лиц завязываются на широком, красочном народном фоне. Хоры поражают мощью звучания и полифоническим богатством. В них воплощены сила народа, его оптимизм и душевное здоровье. Музыка «Мейстерзингеров» близка к немецкому фольклору: таковы три песни Вальтера, песня Закса об ангеле-башмачнике, песенка Давида, хоры цехов.
В большом симфоническом вступлении сопоставлены две группы музыкальных тем: торжественные, величественные мелодии связаны с образами народной жизни, светлые, порывистые мотивы рисуют мир лирических переживаний Вальтера и Евы.
Действие первого акта развивается медленно, неторопливо. Острое драматическое столкновение происходит лишь в конце акта. Наиболее полно здесь охарактеризован Вальтер; поэтичные образы его первой песни «Когда дремал под снегом лес» воплощены в гибкой напевной мелодии, в которой звучат отголоски популярных немецких «весенних песен». Вторая песня Вальтера «Начинай! В лесной тиши прозвучал весны призывный клич» более порывиста и взволнованна; в ней появляется образ злой зимы, тщетно пытающейся помешать вольным напевам. Песня перерастает в большую драматическую сцену — ансамбль; в нем противопоставлены напевная мелодия Вальтера и сердитые реплики мастеров, к которым присоединяется насмешливый хор учеников.
Второй акт состоит из двух разделов. Первый посвящен личным переживаниям героев — в нем преобладают сольные эпизоды; второй — большая массовая сцена ночной драки. Широко, многогранно раскрывается образ Закса; в благородной мелодии его монолога «Сирень моя в истоме» отзвуки второй песни Вальтера, о которой вспоминает Закс, приобретают более сдержанным и просветленный характер. В песне об ангеле-башмачнике «Как Еву, мать всех матерей» простая незамысловатая мелодия сменяется громкими грубоватыми выкриками «Иерум!» и стуком молотка в оркестре. Мастерски написанный живой, динамичный финал открывается серенадой Бекмессера; к ней присоединяются насмешливые реплики Закса, затем Давида, изумленные возгласы мейстерзингеров; ансамбль вырастает в массовую сцену, в которой, помимо солистов, участвуют три хора — учеников, горожан и женщин. После рога ночного сторожа хоры замолкают, звучность оркестра ослабевает, слышатся лишь глухие отзвуки драки, да песня сторожа.
В третьем акте две картины. В первой — простодушной песенке Давида «Когда, сходясь на Иордан» выпукло противопоставлен сосредоточенный философский монолог Закса «Жизнь — сон»; скорбный, полный сдержанного пафоса, он постепенно проясняется и звучит в конце светло и умиротворенно. В следующей затем сцене широкой волной льются прекрасные мелодии третьей песни Вальтера, оттеняемые выразительными речитативами Закса. Редкий по красоте лирический квинтет предшествует торжественному оркестровому интермеццо, которое служит переходом к финалу оперы.
В финале воспроизведена монументальная картина народного торжества. Его открывает шествие цехов; незамысловатую песню башмачников сменяет шумный оркестровый эпизод, рисующий городских музыкантов — трубачей, барабанщиков, флейтистов; за ним следуют комическая песенка портных и суровый, героический напев пекарей. В центре сцены состязания — третья песня Вальтера «Розовым утром алел свод небес»; подхваченная мастерами и народом, она превращается в мощный ансамбль с хором.