ДВА ПОЛЮСА писал(а):
По словам судят большинство глупцов, мудрые же люди судят по делам.
Вот это точно. Нельзя доверять одним словам.
Когда марксисты захватили власть в нашей стране, они себя объявили властью рабочих и крестьян, диктатурой пролетариата. Но при этом в правительстве не было, ни одного рабочего и, ни одного крестьянина, только одни революционеры.
А вот как они на самом деле относились к этим пролетариям, которых якобы собирались осчастливить и от имени которых стали править Россией? Это действительно интересно, вот небольшой пример:
Астраханская бойня.
В марте 1919 года в Астрахани произошла рабочая забастовка.
По приказу большевистских властей десятитысячный митинг мирно обсуждавших свое тяжелое материальное положение рабочих был оцеплен пулеметчиками, матросами и гранатчиками. После отказа рабочих разойтись был дан залп из винтовок. Затем затрещали пулеметы, направленные в плотную массу участников митинга, и с оглушительным треском начали рваться ручные гранаты.
Митинг дрогнул, прилег и жутко затих. За пулеметной трескотней не было слышно ни стона раненых, ни предсмертных криков убитых ...
Город обезлюдел. Притих. Кто бежал, кто спрятался. Не менее двух тысяч жертв было выхвачено из рабочих рядов. Этим была закончена первая часть ужасной Астраханской трагедии.
Вторая, еще более ужасная, началась с 12-го марта. Часть рабочих была взята «победителями» в плен и размещена по шести комендатурам, по баржам и на пароходах. Среди последних выделялся своими ужасами пароход «Гоголь». В центр полетели телеграммы о «восстании».
Председатель Рев. Воен. Совета Республики Л. Троцкий дал в ответ лаконическую телеграмму: «расправиться беспощадно». И участь несчастных пленных рабочих была решена. Кровавое безумие царило на суше и на воде.
В подвалах чрезвычайных комендатур и просто во дворах расстреливали. С пароходов и барж бросали прямо в Волгу. Некоторым несчастным привязывали камни на шею. Некоторым вязали руки и ноги и бросали с борта. Один из рабочих, оставшийся незамеченным в тюрьме, где-то около машины и оставшийся в живых рассказывал, что в одну ночь с парохода «Гоголь» было сброшено около ста восьмидесяти человек. А в городе в чрезвычайных комендатурах было так много расстрелянных, что их едва успевали свозить ночами на кладбище, где они грудами сваливались под видом «тифозных».
Почти каждое утро вставшие астраханцы находили на улицах полураздетых, залитых кровью застреленных рабочих. И от трупа к трупу, при свете брезжившего утра живые разыскивали дорогих мертвецов.
13-го и 14-го марта расстреливали по-прежнему только одних рабочих. Но потом власти, должно быть, спохватились. Ведь нельзя было даже свалить вину за расстрелы на восставшую «буржуазию». И власти решили, что «лучше поздно, чем никогда». Чтобы хоть чем-нибудь замаскировать наготу расправы с астраханским пролетариатом, решили взять первых попавших под руку «буржуев» и расправиться с ними по очень простой схеме: брать каждого домовладельца, рыбопромышленника, владельца мелкой торговли, заведения и расстрелять...
К 15 марта едва ли было можно найти хоть один дом, где бы ни оплакивали отца, брата, мужа. В некоторых домах исчезло по нескольку человек.
Точную цифру расстрелянных можно было бы восстановить поголовным допросом граждан Астрахани. Сначала называли цифру две тысячи. Потом три... Потом власти стали опубликовывать сотнями списки расстрелянных «буржуев». К началу апреля называли четыре тысячи жертв. A репрессии все не стихали. Власть, очевидно, решила отомстить рабочим Астрахани за все забастовки, за Тульские, за Брянские и за Петроградские, которые волной прокатились по Советской России. Только к концу апреля расстрелы начали стихать.
Жуткую картину представляла Астрахань в это время. На улицах - полное безлюдье. В домах потоки слез...
/из книги Мельгунова «Красный террор/
PS
Все-таки удивительно, что до сих пор встречаются люди, которые верят в наше «светлое» большевистское прошлое, и грезят о не менее «светлом» коммунистическом будущем.
. Меня в этой жизни по всякому называли, так что и объективом я могу быть 
. 
